3 авг. 2009 г.

[Книга № 20/2009] Андрей Рубанов "Сажайте и вырастет"

2005г. Около 420 с.

Тюремный биографический роман (автора называют эпигоном Лимонова) о молодом банкире-яппи, севшего за махинации с бюджетными деньгами и которому повезло пройти тюрьму, работая над собой и становясь совершенно другим человеком.

из интервью автора порталу «КМ.Литература»:
О себе
Литература для меня - страсть, ей подчинена вся моя жизнь, но деньги на хлеб я зарабатывал и зарабатываю самыми разными путями. Скажем, в стройке начинал с рабочего, закончил прорабом. Много лет посвятил журналистике. Неплохо знаю банковское дело. Играл на фондовой бирже. Почти год проработал в Чечне, в администрации города Грозного. Сейчас имею то, что называется"маленький бизнес для поддержания штанов". Ничего романтического. Торгую промышленным оборудованием. В общем, с удовольствием продам права на экранизацию трудовой и чековой книжек. Непрерывное накопление разнообразного личного опыта очень важно для меня. Часто сам себя провоцирую на рискованные, нелогичные поступки, если чувствую, что мне это интересно. Предпочитаю в жизни быть не туристом, а хозяином отеля.

о любителях блатняка
"Блатняка" не так много, как кажется. Его просто, образно говоря, слушают на полной громкости. Простите этим людям их черные кепки и дурные манеры. Вчера у них был Павлик Корчагин, сегодня Саша Белый. Мужчине всегда хочется быть похожим на того, кто уверен в себе и готов отстаивать свою правоту. Плохо, что "тюремный стиль", если так можно выразится, активнее всего проповедуют те, кто в местах лишения свободы не добился важения, а зачастую и пресмыкался. Вернувшись на свободу, они компенсируют психологические неудачи тем, что изображают авторитетов и гнут пальцы. Повторяю, как правило это - люмпены. Мало-мальски разумный человек не будет изображать из себя того, кем он не является.
...
"тюрьма, зона и т.п. - не более чем материал. Сорокалетний Лимонов жил в Париже и питался отбросами, о чем и написал, честно и прямо, - по сравнению с этим меркнут иные лагерные откровения."

Образец стиля:
"Они взяли меня ранним утром 15 августа 1996 года. В Москве.
Они взяли меня вдвоем. Подошли, попросили предъявить документы, вежливо повлекли в машину. Ловко и корректно, с ужимками портье открыли дверь, но запихнули внутрь уже вполне бесцеремонно.
Первый – от него пахло луком и портянками – проворно сел за руль, повернулся ко мне и произнес, сверкая зубом из дешевого желтого золота:
– Теперь говори, где тут, в вашей Москве, район Лефортово. А то мы не местные."
...
– На светофоре направо,– мрачно ответил я,– и потом все время прямо, по набережной...
Так жертва подсказала палачу путь к эшафоту. Я бы насладился абсурдом момента, но помешал страх. Все-таки меня взяли впервые в жизни. И везли теперь как минимум на очень серьезный допрос. А как максимум – из свободы в несвободу.
Везли из мира японских компьютеров, кубинских сигар, французских коньяков, португальских портвейнов, швейцарских наручных хронометров, золотых запонок, шелестящих кондиционеров, глянцевых реклам, двухсотдолларовых парфюмов, льняных штанов, портфелей крокодиловой кожи, шелковых сорочек, гламурных журналов, пуленепробиваемых стекол, полированных лимузинов, семизначных банковских счетов – прямо туда, где дают пайку и баланду.
Впрочем, если они добрались до меня, это вовсе не значит, что они доберутся до моих денег.
Они искали меня два месяца. Подозревая в хищении миллиона американских долларов из государственной казны. И теперь поймали.
...
Правда, хозяин всего бизнеса, основатель конторы, фигура номер один – не я, а другой человек. Мой старший товарищ, босс, шеф, начальник. Мороз Михаил Николаевич.
О транзите проклятого миллиона договаривался именно он. Я же – всего лишь подчиненный. Клерк. Технический исполнитель. Мне сказали, и я сделал. Осуществил волю босса.

Шефа-начальника Михаила тоже взяли. Сегодня. Спустя полчаса после меня. Возле дверей нашей с ним конторы. Я понял это из обрывков разговоров. Но босса отпустят. А моя задача – сделать все, все, все для того, чтобы его отпустили обязательно. Вину – взять на себя.
Арест, допросы, возможное тюремное заключение – часть моей работы. Эту работу, как и любую другую, я выполню качественно. За выполнение задачи мой босс мне платит. Он уже заплатил мне круглую сумму. И заплатит еще. Босс Михаил много богаче меня, он миллионер, долларовый, и услуги такого специалиста, как я, ему вполне по карману.
Однажды, три года назад, мы с Михаилом познакомились, поговорили – и сошлись во взглядах на жизнь и ее ценности. Стали работать вместе. К обоюдной выгоде. Босс Михаил искал и успешно находил клиентов: людей, желающих укрыть свои деньги от налогов. А я – помогал. Прикрывал спину. Заботился о деталях. И готовился к тому, чтобы однажды, когда наступит время, ответить перед законом по всей строгости. Ведь неуплата податей в государственную казну – уголовное преступление.

Что мне грозило в случае поимки, краха? Три года – за неуплату, год или два за подделку документов. Но я – не люмпен. Ранее не судим. Хорошая биография. Семья, маленький ребенок. При удачном стечении обстоятельств я вообще способен отделаться условным наказанием. А это сущий пустяк. Ради денег люди идут и не на такое.
Возможно, когда-то, много лет назад, я принимал решения слишком поспешно, мыслил чересчур цинично, переоценил свою отвагу. Но теперь об этом глупо вспоминать. Я давно в бизнесе и уже увяз. А он, бизнес, не признает Уголовного кодекса.

Вердикт: написанный на достойном уровне колоритный социально-психологический роман о российских девяностых, судьбах позднесоветского поколения талантливого, пока малоизвестного литератора. Интересно читать из-за фактуры, описанных запоминающихся подробностей быта, реалий тюрьмы.
Напряженный, вкусный, наполненный социально-философскими рассуждениями и, главное, достоверный текст.

0 комментов:

Отправить комментарий

Related Posts with Thumbnails