Про современную медицину. Мясников. Как жить дольше 50 лет

Александр Мясников – кандидат медицинских наук, доктор медицины США, потомственный врач династии Мясниковых – одной из самых известных и многочисленных не только в России, но и в мире, бывший главный врач знаменитой "Кремлевки", главный врач городской клинической больницы № 71, ведущий телепрограммы "Врача вызывали?"

В составе миссии Красного Креста он лечил больных в Африке, был врачом военного госпиталя в Анголе, советского посольства в Париже и геологической экспедиции в Мозамбике, в одном из медицинских центров Нью-Йорка. Добившись в США наивысшего профессионального признания, в 2000 году доктор Мясников вернулся в Россию и открыл в Москве собственную клинику, работающую по международным стандартам.

о медицине на Западе

У нас медицину делят на американскую, нашу российскую и бывшую советскую. А это неправильно! Медицина одна. Но она бывает грамотная и неграмотная. В нашей стране проповедуется медицина дикая, неграмотная. У нас врач по каким-то только ему понятным причинам назначает лечение, порой просто абсурдное. Во всем мире не так! Лечат по принятым стандартам. Это не значит, что всех одинаково. Стандарты лечения обеспечивают вам защиту от врача-дурака. И это минимальная медицинская помощь, которую вы получите. Если же случай более сложный, и медицинские стандарты не предусмотрены, диагностическая мысль будет развиваться дальше, но логично. Врачи Нью-Йорка не скажут, что в Чикаго вас лечили идиоты...

Итак, деятельность врача на Западе строго регламентирована. На все есть схема лечения, которой ты обязан придерживаться. Более того, если при лечении ты делаешь из пяти шагов первый, второй, третий, потом пятый, а после этого возвращаешься к четвертому и тем самым спасаешь пациента, ты потом будешь отвечать за отступление от стандартов лечения. С этим там очень строго. Это серьезный повод для судебного преследования. Аргумент: "Зато я спас человека!" – не работает, с тобой будет разбираться суровая комиссия. Если же ты лечишь строго по схеме: один, два, три, четыре, пять, и после этого больной умер, тебе никто слова не скажет. Это нормально – ты же сделал все, что мог!

Конечно, нам, не привыкшим к такому подходу, на первый взгляд кажется, что это полный бред. Но поверьте мне: отступление от стандартов иногда действительно может спасти одного, двух, трех человек, но массовое несоблюдение принятых алгоритмов может убить не одну тысячу пациентов. Поэтому стандарты в Штатах обязательны...

Например, поголовно всем делаются прививки: и взрослым, и детям. Население ежегодно обследуется с целью раннего выявления фактора риска для сердечно-сосудистых заболеваний и рака.

...Я приехал в Америку опытным кардиологом, а там переучивался на врача общей практики. Но кардиология всегда была мне близка. И меня немножко коробило, как американцы понимают свою работу и как они учили меня... Да, американские врачи суховаты, они никогда не пожалеют пациента так, как это сделает наш врач. Они никогда не уделят больному более пятнадцати минут времени, если только это не вызвано жестокой необходимостью. Они всегда говорят пациенту правду, никогда не будут жалеть и обманывать, так как не видят в этом смысла. Они будут разговаривать очень жестко и, возможно, не станут отвечать на дополнительные вопросы, если сочтут, что все уже сказано.

Когда я работал в американском госпитале, то жене и всем своим друзьям говорил, что, похоже, служу на фабрике консервов. В общем-то, это бездушное учреждение, где больные люди являются рабочим материалом. И с нескрываемой тоской я и наши русскоязычные пациенты, если они попадали в госпиталь, вспоминали наших советских, русских врачей. Наши врачи подержат тебя за руку, поговорят, пообещают…

Но, понимаете ли, они, скорее всего, хорошие санитары, хорошие медсестры, но не врачи. Люди сострадательные, которые желают помочь и утешить. Возможно, из лучших побуждений они пытаются назначить какой-то препарат, в эффективности которого не уверены сами.

В Америке – никаких сантиментов! Жесткий, прагматичный подход. Отношения врача и пациента похожи на отношения механика автосервиса и клиента. Врач говорит: принимайте это и это, приходите через две недели. Он понимает: если он назначил что-то не то, клиент подаст на него в суд и взыщет большие деньги. Поэтому никаких экспериментов. Качественная услуга за деньги на профессиональном уровне. Получите-оплатите. Если у клиента есть сомнения в профессионализме – он молчать не будет, и профессионалу тогда мало не покажется.

Что еще удивляет, так это стремление американских врачей быть всегда в курсе всего нового и передового. Если ты хочешь заработать имя и деньги, значит, ты должен постоянно учиться, развиваться, повышать свой профессиональный уровень. Тебе ежедневно на электронную почту присылают новости медицины, где можно прочитать обо всех новейших разработках, методах, исследованиях. Во всем мире, не только в Америке, идет множество клинических испытаний различных препаратов, проходят исследования всевозможных методов лечения. Передовые умы медицины анализируют ретроспективу, т. е. ситуацию с лечением различных заболеваний за прошедшие годы. В результате мы получаем порой парадоксальные, иногда взаимно исключающие результаты, что, на самом деле, очень многое дает врачам...

Про Америку можно говорить долго, там много чего полезного делают для больных. Например, сразу настраивают их на то, что они не должны заниматься самолечением. Врач – профессионал, а если он ошибется, его могут лишить лицензии и отдать под суд. Это настолько прочно сидит в голове у населения, что никто не лезет в детали, понимая: если врач назначил таблетку, значит, у него есть веские основания. Больной принимает необходимые лекарства, если они не помогают, снова приходит к врачу. Тот назначает другое лечение, если оно опять не помогает, то пациент идет уже к юристу.

Очень тяжело в Америке работать с нашими соотечественниками. Вроде они уже живут в другой стране, а менталитет прежний, советско-российский. Им назначаешь лечение, а они начинают расспрашивать: "Зачем это надо? А сколько я буду это пить? А если у меня плохой желудок? А это не вызовет у меня аллергию?" Для России это естественные вопросы, они не вызывают удивления. А для Америки – нонсенс. Иногда американские коллеги просили меня помочь разобраться с русскими пациентами, но я старался от них ускользнуть. Потому что объяснять в сотый раз, что все выписанное продумано, что аллергия возникает крайне редко, что да, лекарство может быть опасно для желудка, но значительно более опасно не пить его… Бесконечные разговоры, муторные и бесполезные, мешают и работе, и лечению. В России, к сожалению, такое в порядке вещей.

об эпидемии свиного гриппа - мифы о вирусах

По данным ВОЗ, в тот год от "свиного" гриппа погибло 14 тысяч человек. В то же время обычный грипп убивает полмиллиона человек ежегодно. Так что страшнее? Страны Европы, заказавшие вакцину на огромные суммы, стали отказываться от заказа. И очень остро встал вопрос: куда девать ненужные и очень дорогие ампулы с прививками? На свалку? Или сбагрить в развивающиеся страны? Только в США остались невостребованными более 130 миллионов доз. Долго их хранить нельзя, срок годности небольшой. И пошли разговоры о том, что паника с новым гриппом – не что иное, как сговор медиков с фармацевтами.

ВОЗ начала внутренне расследование. Быстро присоединился Евросоюз. Вскоре выяснилось: на производстве одних только вакцин фармацевтические компании заработали около 7 миллиардов евро. А еще ведь противогриппозные средства, марлевые повязки и прочее… Конечно, без ведома чиновников разного уровня – от эпидемиологов до правительственных кругов – не обошлось. Поэтому громких судов и отставок не было. Ни в Европе, ни, тем более, в коррумпированной России.

Что делать? В первую очередь – не впадать в панику. И знать элементарные вещи. Например, что вирус "птичьего" гриппа не передается от человека к человеку, что «свиного» гриппа не бывает. А к наступлению «сезонного» гриппа надо готовиться заранее – в первую очередь укреплять иммунитет здоровым образом жизни.

о гепапротекторах - мифы о печени

Гепатопротекторы называют "лекарством номер один" в мире. Так вот, такого понятия, как гепатопротекторы, в мире как раз и не существует! Чтобы вы ни читали в Интернете, они не только не защищают печень, но и наносят вред. Растительные препараты не помогают, а могут еще и стать причиной развития заболевания. Среди них нет ни одного лекарства, которое бы прошло долгое, тщательное исследование, в ходе которого была бы доказана его эффективность.

Надо принять как факт, что ни одно из широко разрекламированных лекарств не помогает нашей печени. Защитить печень лекарствами невозможно. А чем, спросите вы? Ответ простой, но только не все его хотят принять.

Во-первых, не употреблять алкоголь и запомнить, что полезного для печени алкоголя не бывает. Во-вторых, с большой осторожностью принимать другие лекарства – многие из них могут нанести печени большой вред, они гепатотоксичны (к таким препаратам, кстати, относятся такие любимые многим парацетамол и панадол)...

В общем, надо предотвращать заболевания печени, и она сама будет периодически обновляться. Этот орган высоко жизнеспособен. Когда-то в институте нам говорили, что если отрезать половину печени, то ее функция может спокойно восстановиться. Так и есть!

еще некоторые факты из международной медицины:

- идеальное артериальное давление: 110/70 (верхняя граница нормы: 139/94)

- нормальный пульс в покое: 60-80 уд/мин, тахикардия - более 100 уд/мин

- в США температура 37,7 градусов по Цельсию при измерении под мышкой считается нормой и не является основанием для каких-либо лечебно-диагностических мероприятий.

- иммуностимуляторы - русский обман, в Америке нет

- ВСД - такой болезни в Америке нет

- язвенная болезнь или гастрит - инфекционные болезни, лечатся антибиотиками

- вирусные болезни не лечат антибиотиками (первые 5-6 дней)

- кефир и бифидобавки (пробиотики) не восстанавливают микрофлору (нет данных клинических испытаний)

- дисбактериоз кишечника - нет в международном классификаторе болезней

Вердикт: полезная книга. "Во многих бедах, которые с нами происходят, виноваты мы сами. Мы нелюбопытны, ленивы, трусливы. Мы не хотим напрягаться, заботиться о себе. На нас наживаются, используя наши слабости."

Философские аспекты проблемы выбора электронной книги. SONY PRS-300 Pocket Edition

Эти советы будут полезны тем, кто провел несколько дней а то и недель в интернете в поисках лучшей электронной книги на электроных чернилах. Есть такие люди, которые основательно подходят к выбору устройств, сравнивают отзывы, технические характеристики, цены, изучают десятки отчетов и тестов, а в результате ... продолжают поиски.

Как известно, идеальных устройств нет. Но есть максимально удовлетворяющие требованиям по соотношению цены/качества/удобства.

Тут надо сломать стереотипы мышления (модное, известное, дорогое - лучшее) и задуматься - зачем вообще-то нужна эта книжка. На наш взгляд ключевым моментом в выборе электронной книги должен стать отход от философии чтения интернета, разрозненных кусков зачастую ненужной и бесполезной информации, перенасыщения сознания и приход к философии употребления цельных, осмысленных текстов, т.е. романов, повестей и т.п. Любители интернета в определенный момент времени замечают, что проходит неделя, месяц, годы, а ничего интересного в долгосрочном плане и не прочитано, новости устаревают, читаются только рецензии на книги, отзывы, а чтение самой литературы откладывается на неопределенный срок. Вспомнить нечего. А жизнь проходит.

А ведь как говорил мудрец, только время принадлежит нам (Сенека).

Далее, нужно правильно расставить приоритеты. Важнее всего то, чем будешь пользоваться большее время. Таким образом поддержка множества форматов книг, удобство меню и т.п.  "навороты" оказываются ни к чему, так как основное время будешь читать саму книгу, т.е. сам текст, отсюда главное в выборе книги - качество экрана, общее качество корпуса, сборки, кнопок. Нет никакой необходимости делать из книги универсальное устройство, добавляя туда органайзеры, проигрыватели музыки, игры, словари, всевозможные настройки формата даты в правом нижнем углу и шрифта, которым показываются пункты во втором подменю меню выбора параметров отключения книги через заданное время. Это все отдаляет человека от самого удовольствия от чтения хорошей литературы, превращая его в техномастурбатора и любителя "переустанавливать Windows". Как извесно, лучшее - враг хорошего.

Также нет смысла страдать об отсутствии подсветки - вспомни, как в детстве читал книги и мысли не возникало о том, что чего-то не хватает. Понятно, что чем меньше окружающего света, тем хуже видно, но это же естественно! Но зато, в отличие от смартфонов, КПК и книг с экранами с  TFT экранами, чем ярче на улице - тем лучше виден текст электронной книги на e-ink и тем ближе он по качеству к качественной печати на бумаге. Идеальный вариент для чтения летом, на даче, пляже, в отпуске. Влияние изобретения электронных чернил для любителей чтения можно сравнить с влиянием на меломанов изобретения проигрывателей на flash носителях, которые вытеснили устройства на компакт-дисках и кассетах.

Не следует также хотеть от электронной книги доступа в интернет, потому, что это опять возвращает к фрагментарному мышлению, сидению в социальных сетях и лихорадочному навязчивому обновлению новостей на популярных сайтах. Электронная книга - это победа над интернет-зависимостью. Победа разумного минимализма над избыточностью и перекормленностью информацией.

И еще - вопрос который часто задают люди впервые берущие в руки ридер на чернилах - да, экран при обновлении страницы мигает, но временем этим (менее трети секунды) мозг человека, при вырабатывании привычки, пренебрегает, и перестает ее замечать (акцентировать на этом внимание). Это важно знать тем, кто поначалу ощущает неприятие ридера по этой причине. Это чувство проходящее, проверено. Задержка кажется существенной лишь потому, что бегая курсором по меню на компьютере мы привыкли к более быстрому отклику. Да и, подумать, перевернуть страницу в обычной книге за указанное время не удастся.

Резюме: тем у кого в коллекции сотни нечитанных книг но которые продолжают искать и выбирать - купите читалку и начните наконец-то читать книги. 

Немаловажным фактором является цена читалки. В настоящее время на рынке есть качественная модель от известного производителя за вкуснную цену существенно ниже $100. Да, итс э Сони!

Вообще, при выборе модели простому любителя чтения нет дела до того, какая компания была первопроходцем и выпустила первую книгу, первую фотокамеру, первый паровоз, какая держит патент на экран или технические идеи, кто "стоял у истоков" и "они также №1 на рынке...пылесосов или телевизоров".  То, какие модели выпускали раньше и какого поколения бумага станет позже и как исправлялись ошибки и учитывались пожелания пользователей, не должны волновать простого любителя книг. Ты выбираешь устройство для чтения сейчас, по конкретной цене, а не вкладываешь миллионы в развитие рынка ридеров. Маркетинг сейчас, как известно, это искусство впарить за большие деньги более новую модель, которая по сути имеет дополнительно лишь ряд ненужных тебе лично фишек. Не стоит гнаться за новинками, тем более в ущерб кошельку.

Явным маркетинговым (надувательским) ходом следует признать наличие в ридерах карт расширения памяти. Потому что, в отличие от музыки и фильмов, книг во встроенной памяти можно разместить столько, сколько средний человек и за жизнь не прочитает.

Не важно нам, простым любителям хорошей литературы, кто и куда вкладывает деньги, скупает патенты и разрабатывает новинки.  Здесь и сейчас одно из лучших решений приобрести ридер - взять менее чем за $100  Sony Pocket Reader (PRS-300). Модель вышла настолько удачной, что ее недостатки можно рассматривать как достоинства и наоборот. Каждый выбирает по себе.

Среди плюсов:
качественное изготовление (металлический корпус),
приятный белый экран,
небольшие размеры,
низкая цена,
отзывчивые кнопки,
реальная гарантия (не надо никуда высылать для ремонта)
в комплекте есть чехол, который хоть и не спасет при падении, но защищает от пыли и царапин. Другие ридеры продаются обычно вообще без обложек, а стоимость фирменных обложек может достигать половины цены устройства. Но, если хочется, и для Сони можно приобрести обложку отдельно,
книга русифицирована (украинизирована),
не требует регистрации на сайте, не предлагает купить книги.

Среди минусов (обратная сторона плюсов):
маленький экран (компактность)
корпус мог бы быть и меньшим за счет неиспользуемого пространства между кнопками (цена),
больший вес по сравнению с пластмассовыми (не пахнет как китайская игрушка, держишь в руках - маешь вещь!),
неудобное расположение кнопок (удобнее читать в альбомном формате, опять же, цена)
экран не сенсорный (более надежный и более светлый),
нет доступа к интернету, проигрывания музыки (разумный минимализм, не садится батарея).

Вывод: перестать искать, выбирать и сравнивать. Начать читать.

Андрій Куликов про мовне питання в Києві 70-х

Цікаві спогади про національне/мовне питання в Києві в 70-ті роки та про сучасну українську літературу Андрія Куликова - відомого журналіста, професійного перекладача, ведучого телепрограми "Свобода слова", вегетаріанця, любителя гуляти пішки по Києву та подорожувати світом.

via Лівий берег

Не знаю чому, але до досить зрілого віку я був із системою згоден майже у всьому – крім національного питання. Я відчував і бачив, що неправильна національна політика йде в Радянському Союзі, й, зокрема, щодо української нації, мови, культури і т.д. І я намагався компенсувати це для себе додатковими знаннями і тим, що я активніше, ніж багато моїх ровесників, розмовляв українською, цікавився українською культурою. Я не так намагався дістати й послухати Uriah Heep або Deep Purple (яких я дуже шаную й які мені цікаві), як я намагався дістати й послухати записи українських вокально-інструментальних ансамблів, в яких було дуже багато цінного, багато цікавого з музичного погляду, з ідеологічного. На 9-10 клас я перейшов з російської школи до української – і отам, насправді, вперше я потрапив до такого класу, де навчалися діти кількох письменників. І не лише Михайла Стельмаха, але й Миколи Руденка. І коли ти приходиш на урок вранці до школи, а тобі кажуть, що "сьогодні до Валериного батька "приходили", то ти починаєш дещо інакше дивитися на це. Хоча повністю дисидентського руху я не знав, але певна інформація почала з’являтися з перших, або майже перших рук. Тому я йшов у дослідження історії. Мій ескапізм, - він проявлявся в цьому...

мовна політика в Києві

Дуже багато людей переходило з української на російську, і це була, за моїми відчуттями і спостереженнями, цілеспрямована політика. Тоді в центрі Києва лишалися три українські школи, одна з них була наша, 92-га, де зараз Музей літератури. Давні традиції з 1871 року, колегія Галагана… Постійно був тиск, пропозиції, щоб хтось написав заяву про те, щоб перевести навчання на російську мову. Цього ніхто не зробив. Я закінчив у 73-ому, а в 75-ому там відбулося два підпали, дві пожежі. І після цього на законних підставах – пожежно-небезпечнеприміщення – школу закрили. Вдалося зберегти її номер та ім’я "Івана Франка", але її об’єднали з 30-ю школою на Тарасівській. Тому, що в тій 30-ій школі (вона була типового проекту) бракувало учнів: було дуже мало по Києву людей, які б віддавали дітей до українських шкіл.

Пам’ятаю, моїй дочці було п’ять, а у мене був товариш, котрий закінчив журналістику, на рік старший за мене, його сину – на рік більше. Це вже була середина вісімдесятих. І він поскаржився, що сину треба йти до школи восени, а він не може його прилаштувати в пристойну школу. Я йому кажу: "Так от тобі 92-а школа, чудова школа", а він каже: "Так вона ж українська!". Я кажу: "Ну й що?" – "То я ж не ворог своєму синові!", а я йому кажу: "Подивимось, що ти скажеш через кілька років". Був тоді такий процес, і мені іноді казали: "Вы что, по-человечески говорить не можете?" Таке бувало. Це породжувало відповідні реакції. Але це був природній процес. Він був керований, але це той самий процес, що відбувається в будь-якій країні, де є масовий приплив сільського населення в місто, де сільське населення в одномовній країні все одно втрачає свої діалекти та говірки. Вони переходять на мову міських мешканців. Це українці, які приїздили до Києва, переважною мовою в Києві була російська… Для багатьох це просто була мова міста. І так сталося, що вона російська. Так само в деяких містах Західної України відбувалося навпаки – люди приїздили до україномовного міста і переходили на українську.

щодо інших мов

... десь так років під двадцять, я перечитав геть усе, що було доступно українською та російською мовами про часи Хмельниччини і козаччини взагалі. І бракувало мені прочитати лише роман "Вогнем і мечем", який я знав, що існує, але з 1933 року у Радянському Союзі не видавався. Я його шукав, шукав і не знайшов, а у мене був знайомий на факультеті – білорус з Польщі. Я його попросив: "Привези мені, будь-ласка, "Вогнем і мечем", і він привіз мені його – польською мовою. Я сів і почав читати. Спершу я дуже складно продирався, а десь на дев’яностій сторінці настало розуміння відповідників, структури мови, і далі все пішло абсолютно просто. Як людина занудлива, я, прочитавши "Вогнем і мечем", і вподобавши стиль Гєнрика Сенкевича, прочитав потім "Потоп", отримав велике задоволення і вирішив, що треба прочитати «Пана Володийовського» як третю частину трилогії. Приятель повернувся до Польщі, немає кому привезти. Якось заходжу до книгарні "Дружба" навпроти метра "Хрещатик" і дивлюся – стоїть Гєнрик Сенкевич "Пан Володийовський". Три карбованці коштує. Купив. Прийшов додому, зробив чаю, сів у крісло, відкрив – чеською! Обкладинку відрізнити було неможливо. Куди ж було діватися, став я читати чеською.

про сучасні українські книжки, які справили враження

Дуже сильний цікавий роман Володимира Лиса "Століття Якова", який переміг у минулому чи позаминулому році на конкурсі "Книжкароку ВВС". Дуже несподівано мені страшенно сподобався роман Михайла Бриниха "Шахмати для дибілів". Він написаний суржиком. Бриниха я і раніше читав, але от не пробирало так до душі. А це такий роман виховання, і, крім того, він дуже методичний. Там розписані всякі дебюти, гамбіти, ендшпілі. Мені таке цікаво читати. У Бриниха романчик сам зовсім невеликий, там всього-на-всього дві дійові особи, якщо не рахувати шахи. І сам образ доктора Падлючча, це щось. Ну так мені здається. І ще, звісно, Ірванець, на мою думку, пише цікаво, але в мене є синдром, скажімо так, братів Стругацьких. Практично в кожній антиутопії я вбачаю їхній вплив. Мова про "Хворобу Лібенкрафта", один з недавніх романів Ірванця. При тому, що мені цікаво читати, я не можу позбутися враження, що Стругацькі про це вже писали.

Про сучукрліт

Из школьной программы мы помним имена известных литературных критиков тех лет - Виссариона Белинского, Николая Чернышевского, Дмитрия Писарева. Из современых россиийских критиков на слуху имена Андрея Немзера, Льва Данилкина, Виктора Топорова и массы других. А что же в Украине? В Украине не часто приходится читать не рекламную рецензию книги, а вдумчивый текст с истолкованием и оценкой, сравнением с другими современными произведениями украинской литературы, читать о новых явлениях и тенденциях и т.п.

Вот один из таких интересных и полезных текстов о сучукрлите авторства Антона Санченка. Хорошее чтение.

...„сучукрлітом” в лайливому сенсі цього слова заведено називати засилля молодих імен в українській літературі в першому десятилітті третього тисячоліття. Рахуючи від Різдва.
При чому, засилля це стало мейнстріймовим і найбільш помітним явищем української літератури на відміну від. Від кого – підставте самі, але у більшості сусідніх літератур їхні ровесники ще грають в андерграунд,  видають рукопринтні журнали й лають комерційну літературу, усілякі жіночі романи, детективи й жіночі детективи у тих самих виразах, в яких останні представники літератури колгоспних підлітків лають сучукрліт з парламентських кулуарів. А в нас же Пиркало – наша Мариніна, хоча й порівнювати їх не можна, бо наша гарніша.

...сучкурліт – це література з чистого аркуша, яка може й самонадіяно, але відкинула сумнівні здобутки як народівців-плакальників, так і колгоспних трубадурів, бо геть нікого з них не читала, тож зовсім вільна від отих стереотипів і кодів, що примушували Неньку весь час кружляти в російській орбіті.

Принаймні, переключившись на початку десятиліття на сучукрліт, я повністю звільнився від хворобливого малоросійського зацікавлення московськими вічними питаннями й проблемами, мене абсолютно перестало хвилювати і „кто віноват”, і „что дєлать”, чи справді в їхньому метро завелися гігантські пацюки, і хто така ота Оксана Робські, яку ставить за приклад сучукрліту дамочка з журналу „Лічнасць”. Нові розкручені прізвища їхніх літераторів не кажуть мені геть нічого, як зрештою і прізвища їхніх політиків, директорів заводів, газет та луноходів тощо. Я навіть перестав орієнтуватися, хто з них ідейний українофоб, а хто просто побутовий шовініст.

Якщо старше покоління літераторів все ще по інерції намагалося скрутити дулю в кишені клятим москалям, як ось Андрухович „Московіадою”, чи залити сала за комір, як Кожелянко „Дефілядою”, чи встидати до катарсичних сліз, як Матіос „Москалицею”, молодь ці застарілі розборки, схоже, зовсім не хвилюють. Іноді здається, що молоді літератори усі як один вийшли з поетичної школи, в якій суворий метр казав своїм учням, що „такої пори року як весна не існує” й викидав віршики про цю пору року у грубку. Тільки замість весни на цих аркушах була мапа московського метрополітену.

Мене це певний час дивувало.Справді, навіть далека заокеанська Мексика, куди і автостопом не дістатися, представлена в книжках принаймні двох сучукравторів. В „Практичних реаліях мандрів по-бідняцьки” Артема Чапая та „Мексиканських хроніках” Максима Кідрука. Старенька Європа освоєна українськими авторами вздовж та впоперек, шлють свої листівки Флорида й Куба, а Росією геть ніхто не мандрує. Москви і ширше, Росії, – нема. Біла, нецікава пляма. Лондон більш реальний, бо по його вулицях і вранішніх кафешках ходять героїні Хінкулової та Пиркало й їдять якісь місцеві пончики, потрушені цукровою пудрою. А більшості сучукрлітівських історій взагалі байдуже, де вони відбуваються. „Сторонні в домі” Марини Соколян з рівною ймовірністю можуть бути приписані до будь-якого центрально-європейського старого міста, і до Праги, і до Кракова й до Львова, була б в тому місті ратуша з дзигарем і старенькі бруковані вулички та затишні кнайпи. А Чехова (не Антона, а Артема)„Киня” взагалі протікає в настільки герметичному й замкнутому на собі містечку, що дивує, як герой зміг потрапити туди звичайною залізницею.

А що вже казати про Україну? Виявилося, що чи не кожне українське місто може бути представлене в літературі самобутньою школою, як ось Станіславський феномен чи житомирська школа прозаїків, чи ніким ще достойно не описана школа сумських геніушів, або принаймні непересічними авторами, яких поіменно називати не варто, щоб когось не образити, забувши. При чому цікаво, що розповсюджені через зомбоящики пропагандистські кліше про поділ України в літературі зовсім не відбилися, і індустріальне Запоріжжя, скажімо, достойно представлене „Клясою” Вольвача, а найсолідніший український літературний часопис виходить в Кривому Розі, і зветься не „95 квартал”, а „Кур’єр Кривбасу”.

При чому, повторюю, що повною мірою ця тенденція, за виразом Олега Покальчука – не думати про білого ведмедя, відбилася в наймолодших авторів.  

Дивіться на рік народження на звороті палітурки, якщо хочете нарешті відпочити від газових воєн, російського флоту в Севастополі, мовних диспутів, історичних хохлосрачів й вічних питань, відповіді на які нічого нікому не дали за триста років пошуків. Жоден з них не обирає собі в опоненти якогось уявного москаля й, Боже збав, нічого тому москалеві не доводить.

Бо доводити нічого. Україна для них – аксіома, а не теорема. Вони, як ті Мойсеєві діти, що народилися вже після втечі з Єгипту. На марші. І зовсім не сумують посеред Сінайської пустелі за монументальним мистецтвом пірамід , бо їхня батьківщина – намет у Шешорах. Скільки там років у класиків, сорок? Ну ось двадцять з них вже пройшло.

Тарас Прохасько о лечении депрессии

Его называют "украинским Маркесом", сравнивают с Хайдеггером, Прустом и Джойсом. К нему в действительности относится старый постулат "пиши о том, что знаешь". И он пишет о лично пережитом.

Его интересуют речь, человеческие истории, жизнь в рассказах как события и события как рассказы. "Вопрос памяти - это единственный теоретический вопрос, по-настоящему интересующий меня",- говорит Прохасько. Память — это мой главный ориентир в жизни. Я вдруг понял, что совершенно неожиданно для себя попал в русло еврейской традиции, еврейского отношения к проблеме памяти, хотя и не читал каких-то специальных трудов по иудаизму...

..Я не могу сейчас точно сказать, как это все сосуществует в моем сознании, но знаю, что, во-первых, для меня действительно не важны книги, у меня отсутствует тяга к написанию, мне хорошо в таком состоянии обдумывания, как бы оно могло быть написано; во-вторых, я не зарабатываю литературой на жизнь; а в-третьих, пишу, скорее, интуитивно, я не владею писательским ремеслом.

...Меня прежде всего интересует физиологический аспект литературы. Я имею в виду не изображение физиологии, а различные способы мышления и речи как физиологические процессы. Вот поток сознания - это физиологический процесс.

Слова Тараса Прохасько наполнены философской меланхолией, оптимизмом, а буквы складываются в добрый и энергетический словесный код. Вот один из сильных текстов в переводе на русский для живущих не в Украине А. Пустогарова.

24.12
У меня есть давняя мечта, о которой я только сегодня отваживаюсь раcсказать. Несколько лет тому назад я понял, как сильно депрессия мучит людей, и как я могу им помочь. У меня появилась идея открыть пансионат для лечения депрессии. Хочу увозить тех, кому это нужно, в горы. В любое время года. Пусть даже и в такие морозы, как сегодня. Так даже лучше, ведь холод выводит на свет тьму и тени психики. Я дал бы объявление в газету: пансионат принимает страдающих депрессией. Будет указан тариф - чтобы хватило на еду, питье, транспорт и мне, как доктору, за излечение. Надо ехать по указанному в объявлении адресу - могли быть названы Дора, Любижня, Квасы, Ворохта, Микуличин, Зеленая, Гута - и сказать: хочу выздороветь. А там бы уже ждал я. Я встретил бы больного, и мы просидели бы с ним всю ночь за бутылкой. Я поговорил бы с ним и рассказал ему пару историй. Я бы радовался, и больной видел бы, как радость просто выплескивается из меня. Мы бы вышли в ночь посмотреть на звезды. Стоял бы сильный мороз. Все бы замерзло.

Мы не будем топить, мы будем терпеть. Потом на несколько часов приляжем поспать. Приснится много разных снов, потому что придется просыпаться от холода каждые полчаса. С ослабевшими ляжем так, чтобы согревать друг друга телом и дыханием. Потом настанет утро. Просто прекрасное. Разноцветное небо, а горы - как черно-белая гравюра. Еды будет мало. Вдоволь только чеснока и лука. Но их нечем будет заесть. Страшно провоняем луком. Будем запивать еще более вонючими напитками. Принимать утро за вечер. Снова нальем друг другу руками с потрескавшейся от холода кожей. Я достану из старого шкафа книги или фотографии. Будем читать и рассматривать. А после - превозмогая сон - тяжелая физическая работа, без всякой логики - носить, копать, сгребать. Затем можно будет немного полежать, но не спать, а разговаривать о том, что думаешь, снова идти, сидеть, пить водку, вино, кофе, молоко, не есть ничего, кроме рыбных консервов, разговаривать, вспоминать, мечтать, идти с грузом на спине, рисковать попасть под камни, срубленное дерево, мешок, лавину.

Я попрошу больных побыть, просто еще побыть со мной. И болезнь их постепенно пройдет. Мы сумеем с этим справиться, если поживем вместе.

Эрнест Миллер Хемингуэй - Кредо человека

Размышления одного из известнейших писателей XX века

"О работе писателя
Я ищу то, что не лежит на поверхности событий и не проходит с течением времени. Но моя цель - показать человеческую жизнь такой, какова она есть, не сгущая красок и ничего не приукрашивая. Я не отношу себя к великим мыслителям и не сообщаю человечеству ничего сенсационного. Однако я на редкость хорошо знаю мир и показываю его с тысячи разных точек.

... Мои писательские привычки просты: долгие периоды обдумывания, короткие периоды записывания...Писать нужно, только если это приносит радость. Я счастлив, когда пишу, но я не всегда доволен тем, что бывает написано.

О книгах
Книги обладают бессмертием. Это самый прочный продукт человеческого труда. Храмы превращаются в руины, картины и статуи разрушаются, но книги продолжают существовать. Время не властно над великими мыслями, которые сегодня так же свежи, как и в ту пору, когда, много веков назад, они зародились в умах их авторов. То, что говорилось и думалось тогда, и сейчас столь же мощно воздействует на нас с печатной страницы. Годы лишь отсеяли и унесли плохое, так как только по-настоящему хорошее может долго жить в литературе.

Современному романисту, помимо умения трудиться упорно и терпеливо, необходимо редкое сочетание способностей. Он должен обладать трезвым суждением и точным чувством меры, чтобы выбрать нужное из огромной массы материала и расположить все это, соблюдая соподчинение частей и верную перспективу. Он должен иметь воображение, чтобы мысленно переноситься и в прошлое, и в настоящее и буквально жить в гуще того, что описывает. У него должна быть критическая интуиция, которая помогает обнаружить причины и следствия и верно судить о людях и событиях. Только когда писатель ясно представляет себе мотивы человеческих поступков, он действительно может начать писать хорошо.

Найдется очень мало романов, где есть все: борьба, преследование, жестокость, секс, сильные характеры, действие, которое развивается как наступление бронетанковой дивизии, а также уважение к собственным героям и к правде.

О ошибках
Сожалеть о своих ошибках до такой степени, чтобы не повторять их, - значит раскаиваться по-настоящему. Нет ничего благородного в том, чтобы быть выше кого-то другого. Истинное благородство проявляется тогда, когда человек становится выше своего прежнего “я”.

О времени
О времени говорят, что оно скрашивает прошлое и утешает, но оно еще и учит. Время - пища, которой питается опыт, почва, на которой произрастает мудрость. Оно может быть другом или врагом юности. Время стоит у изголовья старости утешителем или палачом, в зависимости от того, на пользу или во вред употребили его, как надо или как не надо прожита жизнь.
Жизнь бывает почти пройдена, прежде чем мы поймем, что это такое.

О целеустремленной жизни
От колыбели и до могилы, в нужде и в радости познавая окружающий мир и самого себя, современный человек продирается сквозь бесконечные джунгли различных осложнений; все теперь не просто: и мысль, и действие, и наслаждение, и даже смерть.

Я всегда верил, что человек, начавший более серьезную внутреннюю жизнь, начинает и внешне жить проще. В век сумасбродств и излишеств я хотел бы показать миру, как малы наши истинные потребности.

Я скорее хотел бы иметь возможность оценить что-то, чего у меня нет, чем иметь что-либо, чего не могу оценить.

Меня поражает, как много драгоценных минут тратится на ненужное потакание собственным слабостям, на легкомысленные забавы, на пустые разговоры, на сомнительное и бесполезное веселье. Расширять круг своих интересов, не углубляя их, - значит просто обкрадывать себя".

"Направления в искусстве служат для классификации бездарных последователей великих мастеров"

Эрнест Миллер Хемингуэй (1899-1961)

Тарас Прохасько про читання та свої літературні уподобання

Тарас Прохасько ( народився в 1968 р, в Івано-Франківську) - письменник, мандрівний філософ, журналіст, біолог. Автор прозових книг "Інші дні Анни" (1998), "FМ Галичина" (2001), "Непрості" (2002), "З цього можна було б зробити кілька оповідань" (2005), "Порт Франківськ" (2006).

Читати мені хочеться завжди, коли я ні з ким не говорю, нічого не роблю руками і нікуди не йду. Це хотіння настільки домінантне, що вартість самих текстів має вже другорядне значення...

Мені досить важко потрапити під вплив певної книжки або заперечити вартість якоїсь із них. Тому рідко беруся судити про рівень прочитаного, керуючись своїми вподобаннями у той чи інший момент. Але маю окремий власний список авторів, які писали спеціально для мене. Серед перших - Данило Кіш, Інгеборг Бахман, Богуміл Грабал, Сергій Довлатов, Чарльз Буковський, Антонич, Мераб Мамардашвілі...

Для мене у світовій літературі авторитетами є Данило Кіш та Богуміл Грабар із Сербії, Сергій Довлатов з Росії, Генрі Міллер з Америки. Я ніколи не роблю нічого подібного до них, тому що знаю: це зайнята ними територія, і настільки опрацьована, що я не можу претендувати на щось подібне...

Радив би читати якнайбільше. Просто відкривати, читати далі, або відкладати. Бо ніхто не знає, хто кому припасує. Є книжки, які можуть вважатися неякісними, дурними, але комусь у цій книзі щось ляже, комусь - стане просвітлінням. Треба пробувати читати все.

...В мене ніколи не було якоїсь системи читання, ніколи не були поставлені якісь межі, віхи - від того до того, щоб я знав, що маю далі читати. Читав те, що потрапляло під руки, що подобалося, кидав те, що не подобалося. Тих авторів за двома найголовнішими ознаками виділяю: за тим, що я би так хотів написати (це вже таке, ремеслове, цехове), і друге - що я не знаю, як таке можливо написати.

...Найголовнішою книжкою з європейської літератури "всіх часів і народів" я вважаю "Досліди" Монтеня - це якщо говорити не про насолоду одноразову, найбільше потрясіння чи щось таке, а, власне, як про те, що ми називаємо "книга". Мені здається, Монтень є фундаментальним у всіх сенсах. Він показав усе, що було перед ним і після нього в тому, що називається "писати", показав, що значить роздумувати пишучи. Просто до "людина розумна" ще додається "та, яка пише". Все, що було і є у писанні різних жанрів та епох, через Монтеня перепущено. Хоч то й не є моя улюблена книжка. У радянській школі колись були такі теми - "Яку би ви книжку взяли з собою у космічну подорож на орбіту?" - сподівалися, що скоро усі чкурнуть на Марс, на всякі Альфа Кентаври і Центаври, і передбачалося, що буде обмежений багаж (сміється). Треба було обрати якусь одну книжку. Я би сказав, що я би взяв Монтеня. Монтень - одна з головних мотивацій у моїй писальній роботі. Мені не так є важливо розказати про себе чи про світ, як показати людині, що можна собі просто міркувати, можна на щось зважати, медитувати - і Монтень якраз показав увесь цей механізм цікавого внутрішнього життя.

(за матеріалами різних інтерв'ю)

Зразок стилю Тараса Прохасько (FM Галичина):
28.01
В освіті й вихованні кожного з нас, кожного, хто живе на цій невеликій землі, яка називається Західною Україною, є одна величезна вада. Всі ми погано знаємо нашу найближчу географію. Нас навчили орієнтуватися у Франції, Росії, Німеччині, Америці й Азії, навіть якщо ми там ні разу не бували, ми уявляємо собі міста й ландшафти, знаємо деякі звичаї і особливості менталітету.

Заплющивши очі, ми можемо вибудувати просторову модель різних ділянок світу — що де, що під, над і за чим. Це дуже добре. Але більшість із нас не може такого самого дозволити собі стосовно хоча б семи областей — Івано-Франківської, Львівської, Тернопільської, Закарпатської, Волинської, Рівненської і Чернівецької. Звичайно, кожен добре знає околиці рідного села, досить добре — кілька обласних центрів і дорогу від міста до села-батьківщини. Ще трохи знаємо підміські ліси і якісь відпочинкові території. Решта — терра інкоґніта. Ми шукаємо екзотики далеко за межами батьківщини. Натомість Західна Україна це край, де щось інше — на кожному кроці. Природні умови посіченого ландшафту творять унікальну ситуацію, де кожне село і кожне містечко інше. Туризм найближчими околицями обіцяє більше вражень, ніж можна очікувати. Інші люди, інші будівлі, інша мова, інші навіть ліси,вода і трави. Тут вміщається різність кількох країн. А часом — різні світи існують поруч. Для того, щоб запізнати цю землю, не вистачить життя. Але тут ніколи не почуватимешся цілком чужим. Бо наш кусень території — це павутина й мереживо. Людські історії, як нитки,розмотуються з багатьох точок одночасно, сходяться, розходяться,переплутуються, зав'язуються ґудзами, обриваються, але не щезають.На цій землі неможливо торкнутися до одної волосіні, щоб не спричинити коливання іншої. Тут нема точки, попри яку не проходила б хоч якась риска, що стосується твого волокна, твого прядива. Починати обмацувати це мереживо досить просто — сісти у будь-який підміський поїзд чи автобус і вийти, скажімо, на десятій зупинці. День, проведений у цьому місці, буде незабутнім. Бо обов'язково виявиться, що місце це невипадкове.

Литературные итоги десятилетия "нулевых"

Один из самых известных российских литературных критиков, Виктор Топоров проанализировал тенденции развития современной русской литературы и подвел итоги десятилетия "нулевых".

Заметим его отзыв о Сергее Жадане:
"..неожиданно «широко пошёл» украинский поэт Сергей Жадан. Переводят его стихи и прозу все кому не лень, и, кстати, прозу переводят прилично; а вот стихи я бы всё же посоветовал читать на мове, благо вульгаризмы, которыми несколько злоупотребляет поэт, значат одно и то же и по-украински, и по-русски.

Жадан, на мой взгляд, скорее рано, чем поздно, станет нобелевским лауреатом по литературе. По меньшей мере изо всех литераторов, пишущих на просторах бывшего СССР, шансы у него наивысшие."

Отбросив упражнения в словоблудии и рассуждения об издательствах и премиях в сухом остатке имеем весьма полезную информацию:

о авторах и текстах
Десятилетие нулевых началось «Укусом ангела» Павла Крусанова, «Голой пионеркой» ныне покойного Михаила Кононова, «Самими по себе» Сергея Болмата, «Господином Гексогеном» Александра Проханова, «Тёмным прошлым» Евгения Чижова, первыми рассказами Ирины Денежкиной.

Названо имя обладателя главной премии «Большой книги». Им стал Леонид Юзефович. Именно его роман «Журавли и карлики» жюри решило назвать главной книгой года. В интервью «Частному корреспонденту» Леонид Юзефович рассказал о том, как живётся интеллектуалам провинции, и объяснил, почему многие творческие единицы мечтают перебраться в столицы.

Продолжилось «[голово]ломкой» Гарроса-Евдокимова, «Учебником рисования» Максима Кантора, улетевшими «Грачами» Сергея Носова, «Санькей» Захара Прилепина, «Путём Мури» Ильи Бояшова, «Библиотекарем» Михаила Елизарова, «Спать и верить» Андрея Тургенева, «Побегом куманики» Лены Элтанг, страшными сказками Анны Старобинец.

И заканчивается «Каменным мостом» Александра Терехова, «Журавлями и карликами» Леонида Юзефовича, «Елтышевыми» Романа Сенчина,
(критики «Елтышевы» едва ли не повсеместно признаны в заканчивающемся году романом №3 - вслед за «Мостом» и «Журавлями»), «Капитализмом» Олега Лукошина, «Заговором ангелов» Игоря Сахновского, «Чёртовым колесом» Михаила Гиголашвили.

Я сознательно пропустил Пелевина с Сорокиным (и отдельно Акунина), Маканина, Палей, Улицкую, Шарова — все они состоялись как писатели минимум десятилетием раньше.

И уральских магических реалистов Ольгу Славникову и Алексея Иванова: и та, и другой, безусловно, заняли своё место в литературе, но как-то наособицу (а в случае со Славниковой возникает ещё и неизбежный вопрос: своё ли место она заняла?).

И столь же сознательно включил в число дебютантов преобразившегося в нулевые (хотя и трудно сказать, в какую сторону) Проханова.

Лейтмотив уходящего года
Странно (хотя и понятно), что с наступлением кризиса, обошедшегося весьма жестоко и с книгами, и с их сразу же вновь обнищавшими создателями, совершенно сошла на нет мода на антиутопии и, напротив, обострилось внимание к прошлому, пропущенному через настоящее.

Детективный жанр
Лучшие детективы (относительно лучшие) и полицейские романы так и пишут всё те же люди, что в 1990-е, и те же «негры», что писали под (а порой и за) «живых классиков» 1990-х.

Фантастика
Фантастика окончательно окуклилась и оформилась как субкультура, никому вне фэндома не интересная и литературного качества не имеющая.

Промежуточные случаи — Вячеслава Рыбакова и супругов Дяченко, — как и фестивально-премиальное беснование, лишь подтверждают эту очевидную истину.

Да и сами фантасты всё чаще пишут не романы, а компьютерные игры, и флаг им в руки!

Тем более что фантастический элемент нынче широко используется и в так называемой серьёзной прозе. Однако ослиные уши фирменной фантастики из неё не лезут.

Масскульт
В литературе массовой было два заметных явления: Оксана Робски и Сергей Минаев; впрочем, к концу десятилетия оба сюжета сошли на нет, да и изначально имели скорее социопсихологический, чем литературно-художественный смысл. Оба, кстати, обросли бесчисленными подражаниями, особенно «творчество» Робски.

Между Минаевым и Пелевиным (но и не без Робски) расположились снискавший внимание Герман Садулаев и, напротив, вниманием почему-то обойдённый Владимир Спектор.

Между фантастами и Минаевым — Дмитрий Глуховский, первый роман которого «Метро 2033» оказался неожиданно хорош.

Возрождение жанра ЖЗЛ
Заметным событием второй половины десятилетия стало возрождение жанра ЖЗЛ. Сейчас он, правда, уже набил оскомину: прошлогодний «Солженицын» Людмилы Сараскиной и нынешняя «Ахматова» Аллы Марченко — лишнее тому подтверждение. Зато «Анти-Ахматова» (по названию нашумевшей книги Тамары Катаевой), то есть исследование-разоблачение, судя по всему, становится модным жанром. Ждём (но не от Подрабинека!) романа с разоблачением качества нравов в «Антисоветской шашлычной». Заявку на него уже подал (через ЖЖ) журналист Олег Кашин.

Премия Нацбест как фильтр книжного трэш-изобилия

"Ничего хуже нынешнего трэш-изобилия – когда человек уходит из магазина с книгой, которую рекламируют на щитах, а не с той, которая ему нужна – быть не может", заметил однажды известный литературный критик Лев Данилкин. Поэтому процесс фильтрации избыточного контента и доверия советам известных людей (список которых каждый должен формировать для себя) видится жизненно необходимым.

Может оказаться полезным обратить внимание на ежегодную общероссийскую литературную премию за лучший роман, написанный на русском языке в течение календарного года - "Национальный бестселлер". Порядок определения лучших книг года в ней организован довольно умно, так на первом этапе значительное число номинаторов (представители основных издательств, "толстых" журналов, деятели русской литературы России и зарубежья, критики и знаковые писатели) называет по одному произведению - и так формируется лонг-лист. Он публикуется в СМИ с указанием, кто кого выдвинул.

На втором этапе Большое жюри (около 20 человек), также формируемое Оргкомитетом и состоящее в основном из профессиональных литературных критиков разных направлений, оценивает выдвинутые произведения. При этом жюри никогда не собирается вместе и ничего не обсуждает коллективно. Каждый критик отбирает из всего прочитанного два произведения, одному из которых выставляет 3 балла, второму — 1 балл. Результаты отбора также публикуются - с указанием, кто как проголосовал. Произведения (5 — 6), набравшие наибольшее число баллов, образуют шорт-лист.

На третьем этапе Малое жюри, формируемое Оргкомитетом и состоящее уже не столько из профессиональных писателей, сколько из просвещенных читателей, авторитетных деятелей искусства, политики и бизнеса, - делает уже читательский выбор из произведений шорт-листа. А победитель получает денежную премию (эквивалентную 10 000 долларов США), которая делится в пропорции 7:3 между ним и номинатором.

Естественно, необходимость последнего тура не очевидна, не так ли?

Какие же книги прошли предварительный отбор специалистов?
Вот список лауреатов (выделено) и финалистов премии за всю историю.
Есть что почитать зимними вечерами.

2009 - Жюри: Дмитрий Борисов, Михаил Калатозишвили, Андрей Колесников, Захар Прилепин, Константин Холшевников, Ольга Шелест; Почётный председатель - Андрей Галиев.

Андрей Геласимов за роман "Степные боги"
Илья Бояшов "Танкист, или „Белый тигр";
Сергей Носов "Тайная жизнь петербургских памятников";
Герман Садулаев "Таблетка";
Сергей Самсонов "Аномалия Камлаева";
Александр Снегирёв "Нефтяная Венера".


2008 - Жюри: Илья Бояшов, Марат Гельман, Галина Дурстхоф, Борис Федоров, Эмилия Спивак, Илья Штемлер, Алексей Ягудин

Захар Прилепин «Грех»
Лев Данилкин «Человек с яйцом: жизнь и мнения Александра Проханова» (2008),
Анна Козлова «Люди с чистой совестью» (2008),
Андрей Тургенев (Вячеслав Курицын) «Спать и верить: блокадный роман» (2008),
Юрий Бригадир «Мезенцефалон» (2008),
Александр Секацкий «Два ларца: бирюзовый и нефритовый» (2008).

2007 Жюри: Дмитрий Быков, Василий Бархатов, Яна Милорадовская, Илья Лазерсон, Михаил Леонтьев, Анфиса Чехова; Почетный председатель — Сергей Васильев)

Илья Бояшов «Путь Мури»
Владимир Сорокин «День опричника» (2007),
Людмила Улицкая «Даниэль Штайн, переводчик» (2007),
Лена Элтанг «Побег куманики» (2007),
Вадим Бабенко «Черный пеликан» (2007),
Дмитрий Быков «ЖД» (2007).

2006 - Жюри: Михаил Шишкин, Юля Беломлинская, Екатерина Волкова, Демьян Кудрявцев, Илья Хржановский, Светлана Ячевская; Почетный председатель — Эдуард Лимонов)

Дмитрий Быков «Борис Пастернак»,
Сергей Доренко «2008» (2006),
Павел Крусанов «Американская дырка» (2006),
Захар Прилепин «Санькя» (2006),
Андрей Рубанов «Сажайте, и вырастет» (2006),
Игорь Сахновский «Счастливцы и безумцы» (2006).

2005 - Жюри: Виктор Пелевин, Светлана Конеген, Кирилл Серебренников, диакон Андрей Кураев, Александр Гаврилов, Андрей Дмитриев; Почетный председатель — Леонид Юзефович)

Михаил Шишкин «ВЕНЕРИН ВОЛОС» (2005),
Дмитрий Быков «ЭВАКУАТОР» (2005),
Олег Зайончковский «СЕРГЕЕВ И ГОРОДОК» (2005),
Оксана Робски «CASUAL (Повседневное)» (2005),
Татьяна Москвина «СМЕРТЬ — ЭТО ВСЕ МУЖЧИНЫ» (2005),
Захар Прилепин «ПАТОЛОГИИ» (2005).

2004 - Жюри: Рубен Гальего, Александр Гаррос, Алексей Евдокимов, Александр Иванов, Тина Канделаки, Ксения Раппопорт, Алексей Тарханов; Почетный председатель — Александра Куликова)

Виктор Пелевин «ДПП (NN)»
Андрей Тургенев «МЕСЯЦ АРКАШОН» (2004),
Александр Червинский «ШИШКИН ЛЕС» (2004),
Вера Галактионова «КРЫЛАТЫЙ ДОМ» (2004),
Илья Масодов «ЧЕРТИ» (2004),
Валентин Распутин «Дочь Ивана, мать Ивана» (2004).

2003 - Жюри: Лев Данилкин, Ирина Денежкина, Александра Куликова, Леонид Парфенов, Александр Привалов, Александр Проханов; Почетный председатель — Валентин Юдашкин)

Александр Гаррос, Алексей Евдокимов «[ГОЛОВО]ЛОМКА»,
Дмитрий Быков «ОРФОГРАФИЯ» (2003),
Павел Крусанов «БОМ-БОМ» (2003),
Вячеслав Дёгтев «КРЕСТ» (2003),
Сергей Коровин «ПРОЩАНИЕ С ТЕЛОМ» (2003).

2002 — Жюри: Юлия Ауг, Ирина Хакамада, Владимир Бондаренко, Михаил Трофименков, Сергей Шнуров, Леонид Юзефович; Почетный Председатель — Владимир Коган)

Александр Проханов «ГОСПОДИН ГЕКСОГЕН» (2002),
Олег Павлов «КАРАГАНДИНСКИЕ ДЕВЯТИНЫ» (2002),
Ирина Денежкина «SONG FOR LOVERS» (2002),
Дмитрий Бортников «СИНДРОМ ФРИЦА» (2002),
Ольга Славникова «БЕССМЕРТНЫЙ» (2002),
Сергей Носов «ДАЙТЕ МНЕ ОБЕЗЬЯНУ» (2002).

2001 Жюри: Артемий Троицкий, Павел Крусанов, Елена Шварц, Владимир Коган, Эдуард Лимонов; Почетный председатель — Ирина Хакамада)

Леонид Юзефович за роман «КНЯЗЬ ВЕТРА»
Сергей Болмат «САМИ ПО СЕБЕ» (2001),
Дмитрий Быков «ОПРАВДАНИЕ»(2001),
Эдуард Лимонов «КНИГА МЕРТВЫХ»(2001),
Александр Проханов «ИДУЩИЕ В НОЧИ»(2001),
Владимир Сорокин «Пир»(2001).

Еще по теме чтения
Фото abro

Большая книга (литературная премия)

Премия "Большая книга", созданная в 2005 году, сразу заявила о себе как премия предельно амбициозная. Самый большой в России премиальный фонд - пять с половиной миллиона рублей. Да и почему, собственно, только в России? "Большая книга" в денежном выражении больше английского "Букера", самой крупной литературной премии мира после Нобелевской.

В жюри (оно же литературная академия) входят 100 человек. Они выбирают лауреатов из числа финалистов тайным голосованием, проставляя каждому баллы. Сумма баллов определяет победителя. Финалистов же отбирают эксперты, к жюри не имеющие отношения.

Итоги:
2005-2006
Первая премия - Дмитрий Быков, «Пастернак»
Вторая премия - Александр Кабаков, «Все поправимо»
Третья премия - Михаил Шишкин, «Венерин волос»
Александр Кабаков, «Московские сказки»
Наум Коржавин, «В соблазнах кровавой эпохи»
Людмила Улицкая, «Люди нашего царя»
Алексей Иванов, «Золото бунта»
Ольга Славникова, «2017»
Максим Кантор, «Учебник рисования»
Анатолий Королев, «Быть Босхом»
Александр Иличевский, «Ай-Петри»
Андрей Волос, «Аниматор»
Юрий Волков, «Эдип царь»
Далия Трускиновская, «Шайтан-звезда»
Марина Палей, «Клеменс»

2006-2007
Первая премия - Людмила Улицкая за роман «Даниэль Штайн, переводчик».
Вторая премия - Алексей Варламов за биографию «Алексей Толстой».
Третья премия - Дина Рубина за роман «На солнечной стороне улицы».
Дмитрий Быков «ЖД»
Андрей Волос «Алфавита»
Лев Данилкин «Человек с яйцом»
Игорь Ефимов «Неверная»
Александр Иличевский «Матисс»
Виктор Пелевин «Ампир V»
Игорь Сахновский «Человек, который знал все»
Алексей Слаповский «Синдром феникса»
Виктор Строгальщиков «Слой», «Край», «Стыд» (цикл романов)

2007-2008
Первая премия (2млн руб) - Владимир Маканин "Асан"
Вторая премия (1,5 млн руб), 3 место по результатам читательского голосования

Людмила Сараскина Биография "Александр Солженицын"
Третья премия (1 млн руб), 1 место по результатам читательского голосования

Рустам Рахматуллин. "Две Москвы, или Метафизика столицы"
2 место по результатам читательского голосования

Владимир Костин "Годовые кольца"

Павел Басинский "Русский роман, или Жизнь и приключения Джона Половинкина"
Илья Бояшов. "Танкист, или "Белый тигр"
Александр Иличевский "Пение известняка"
Руслан Киреев "Пятьдесят лет в раю"
Маргарита Хемлин "Живая очередь"
Владимир Шаров " Будьте как дети"

2008-2009
Балдин Андрей "Протяжение точки"
Волос Андрей "Победитель"
Галина Мария "Малая Глуша"
Евсеев Борис "Лавка нищих"
Зорин Леонид "Скверный глобус"
Марченко Алла "Ахматова: жизнь"
Орлов Владимир "Камергерский переулок"
Петросян Мария "Дом, в котором…"
Славникова Ольга "Любовь в седьмом вагоне"
Терехов Александр "Каменный мост"
Хазанов Борис "Вчерашняя вечность"
Юзефович Леонид "Журавли и карлики"
Ярмолинец Вадим "Свинцовый дирижабль "Иерихон - 86-89"

Есть что читать зимними вечерами!

Русский Букер - что читать?

Некоторые ошибочно считают, что своё название Букеровская премия берёт от английского слова «book» - книга. На самом же деле, эта литературная премия была названа в честь братьев Букер, основавших в Ливерпуле двести лет назад компанию «Booker plc», занимавшейся торговлей колониальными товарами.

Компания Букер попала в мир литературы случайно. В пятидесятых-шестидесятых годах двадцатого столетия главой компании был близкий друг знаменитого Яна Флеминга, создателя легендарного Джеймса Бонда. Узнав, что Флеминг смертельно болен, глава «Booker plc» поспешил дать другу советы по поводу того, как лучше распорядиться своим литературным наследством. И вдруг его осенило: «А почему бы не приобрести авторские права?». Так он и сделал. Впоследствии права на свои произведения продали Агата Кристи, Роберт Болт, Гарольд Пинтер.

Занятие книжным бизнесом приносило высокие доходы. Заработав на литературе значительный капитал, компания решила поделиться частью своих доходов, основав в 1969 году Букеровскую премию, которая присуждается ежегодно за лучший роман, написанный на английском языке авторами из Англии, Ирландии и стран Содружества.

Премия «Русский Букер» основана в 1991 г. как первая негосударственная премия в России после 1917 г. Присуждаемая ежегодно за лучший роман года на русском языке, она завоевала и сохраняет репутацию самой престижной литературной премии страны. Первое вручение состоялось в 1992 г. Лауреат получает денежную премию, размер которой в настоящее время составляет 20000 долларов США.

Лауреаты "Русского Букера":
1992 – Марк Харитонов (р. 1937), "Линия Судьбы, или Сундучок Милашевича"
1993 – Владимир Маканин (р. 1937), "Стол, покрытый сукном и с графином в середине"
1994 – Булат Окуджава (1924-1997), "Упраздненный театр"
1995 – Георгий Владимов (1931-2003), "Генерал и его армия"; в 2001 году получил "Букера десятилетия"
1996 – Андрей Сергеев (1933-1998), "Альбом для марок"
1997 – Анатолий Азольский (р.1930), "Клетка"
1998 – Александр Морозов (р.1944), "Чужие письма"
1999 – Михаил Бутов (р.1964), "Свобода"
2000 – Михаил Шишкин (р.1961), "Взятие Измаила"
2001 – Людмила Улицкая (р.1943), "Казус Кукоцкого"
2002 – Олег Павлов (р.1970), "Карагандинские девятины, или Повесть последних дней"
2003 – Рубен Давид Ґонсалес Ґальєґо (р.1968), "Белое на черном"
2004 – Василий Аксенов (р.1932), "Вольтерьянцы и вольтерьянки"
2005 – Денис Гуцко (р.1969), "Без пути-следа"
2006 – Ольга Славникова (р.1957), "2017"
2007 – Александр Иличевский (р.1970), "Матисс"
2008 - Михаил Елизаров (р. 1973) "Библиотекарь"
2009 - ?
Официальная Интернет-страница "Русского букера"
http://www.russianbooker.org

Финалисты "Русского Букера" всех годов
список отсортирован по фамилиям, выделены лауреаты

АЗОЛЬСКИЙ Анатолий "Клетка" (1997)
АКСЕНОВ Василий "Вольтерьянцы и вольтерьянки" (2004)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр "Владимир Чигринцев" (1996)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр "Жизнеописание Хорька" (1994)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр "Рыба" (2006)
АСТАФЬЕВ Виктор "Прокляты и убиты" (1993)
АСТАФЬЕВ Виктор "Так хочется жить" (1996)
БОРТНИКОВ Дмитрий "Синдром Фрица" (2002)
БОЯШОВ Илья "Армада" (2008)
БУЙДА Юрий "Дон Домино" (1994)
БУЙДА Юрий "Прусская невеста" (1999)
БУТОВ Михаил "Свобода" (1999)
ВАСИЛЬЕВА Александра "Моя Марусечка" (1999)
ВЛАДИМОВ Георгий "Генерал и его армия" (1995)
ГАЛКИНА Наталья "ВИЛЛА РЕНО" (2003)
ГАЛЬЕГО Рубен Давид ГОНСАЛЕС "Белое на черном" (2003)
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей <Нрзб> (2002)
ГИРШОВИЧ Леонид "Прайс" (1999)
ГОРЕНШТЕЙН Фридрих "Место" (1992)
ГОРЛАНОВА Нина и Вячеслав БУКУР "Роман воспитания" (1996)
ГУЦКО Денис "Без пути-следа" (2005)
ДМИТРИЕВ Андрей "Поворот реки" (1996)
ДМИТРИЕВ Андрей, "Бухта Радости" (2007)
ДОБРОДЕЕВ Дмитрий "Возвращение в Союз" (1996)
ДОЛИНЯК Игорь "Мир третий" (1994)
ЕВСЕЕВ Борис "Романчик" (2005)
Елизаров Михаил "Библиотекарь" (2008)
ЕРМАКОВ Олег "Знак зверя" (1993)
ЕРМАКОВ Олег "Холст" (2005)
ЗАЙОНЧКОВСКИЙ Олег "Сергеев и городок" (2004)
ЗАЛОТУХА Валерий "Последний коммунист" (2000)
ЗОРИН Леонид "ЮПИТЕР" (2003)
ИВАНЧЕНКО Александр "Монограмма" (1992)
ИЛИЧЕВСКИЙ Александр, "Матисс" (2007)
КАТИШОНОК Елена "Жили-были старик со старухой" (2009)
КОНОНОВ Николай "Похороны кузнечика" (2000)
КУРЧАТКИН Анатолий "Солнце сияло" (2004)
ЛЕВИТИН Михаил "Сплошное неприличие" (1994)
ЛИПКИН Семен "Записки жильца" (1993)
ЛИПСКЕРОВ Дмитрий "Сорок лет Чанджоэ" (1997)
МАКАНИН Владимир "Андеграунд, или Герой нашего времени" (1999)
МАКАНИН Владимир "Лаз" (1992)
МАКАНИН Владимир "Стол, покрытый сукном и с графином в середине" (1993)
МАЛЕЦКИЙ Юрий "Любью" (1997)
МАЛЕЦКИЙ Юрий, "Конец иглы" (2007)
МАМЕДОВ Афанасий "ФРАУ ШРАМ" (2003)
МЕЛИХОВ Александр "Любовь к отеческим гробам" (2002)
МЕСЯЦ Вадим "Лечение электричеством. Роман из 84 фрагментов Востока и 74 фрагментов Запада" (2002)
МОРОЗОВ Александр "Чужие письма" (1998)
НАЙМАН Анатолий "Каблуков" (2005)
НАЙМАН Анатолий "Сэр" (2001)
НЕКРАСОВА Елена "Щукинск и города" (2008)
НОСОВ Сергей "Хозяйка истории" (2001)
ОКУДЖАВА Булат "Упраздненный театр" (1994)
ПАВЛОВ Олег "Казенная сказка" (1995)
ПАВЛОВ Олег "Карагандинские девятины, или Повесть последних дней" (2002)
ПАЛЕЙ Мария "Ланч" (2000)
ПЕТРОВА Марта "Валторна Шилклопера" (2004)
ПЕТРУШЕВСКАЯ Людмила "Время ночь" (1992)
ПЕТРУШЕВСКАЯ Людмила "Номер один, или В садах других возможностей" (2004)
ПЛАТОВА Виктория "Берег" (1999)
ПОЛЯНСКАЯ Ирина "Прохождение тени" (1998)
ПРИЛЕПИН Захар "Санькя" (2006)
ПРОРОКОВ Михаил "Бга" (1998)
РУБИНА Дина "На солнечной стороне улицы" (2006)
САДУЛАЕВ Герман "Таблетка" (2008)
САХНОВСКИЙ Игорь, "Человек, который знал все" (2007)
СЕРГЕЕВ Андрей "Альбом для марок" (1996)
СЕНЧИН Роман "Елтышевы" (2009)
СЛАВНИКОВА Ольга "2017" (2006)
СЛАВНИКОВА Ольга "Стрекоза, увеличенная до размеров собаки" (1997)
СЛАПОВСКИЙ Алексей "Анкета" (1998)
СЛАПОВСКИЙ Алексей "День денег" (2000)
СЛАПОВСКИЙ Алексей "Качество жизни" (2004)
СЛАПОВСКИЙ Алексей "Первое второе пришествие" (1994)
СОБОЛЕВ Денис "Иерусалим" (2006)
СОЛНЦЕВ Роман "Золотое дно" (2005)
СОЛНЦЕВ Роман "Минус Лавриков" (2005)
СОРОКИН Владимир "Лёд" (2002)
СОРОКИН Владимир "Сердца четырех" (1992)
ТАРН Алекс, "Бог не играет в кости" (2007)
ТЕРЕХОВ Александр "Каменный мост" (2009)
ТОЛСТАЯ Татьяна "Кысь" (2001)
УЛИЦКАЯ Людмила "Казус Кукоцкого" (2001)
УЛИЦКАЯ Людмила "Медея и ее дети" (1997)
УЛИЦКАЯ Людмила "Сонечка" (1993)
УЛИЦКАЯ Людмила, "Даниэль Штайн, переводчик" (2007)
УТКИН Антон "Хоровод" (1997)
ФЕДОРОВ Евгений "Одиссея Жени Васяева" (1995)
ХАЗАНОВ Борис "Вчерашняя вечность" (2009)
ХАРИТОНОВ Марк "Линия Судьбы, или Сундучок Милашевича" (1992)
ЧЕРЧЕСОВ Алан "Венок на могилу ветра" (2001)
ЧЕРЧЕСОВ Алан"Вилла Бель-Летра" (2006)
ЧИЖОВА Елена "ЛАВРА" (2003)
ЧИЖОВА Елена "Преступница" (2005)
ЧИЖОВА Елена "Время женщин" (2009)
ЧИСТЯКОВА Александра "Не много ли для одной" (1998)
ЧУДАКОВ Александр "Ложится мгла на старые ступени" (2001)
ШАРОВ Владимир "Будьте как дети" (2008)
ШЕНБРУН Светлана "Розы и хризантемы" (2000)
ШИШКИН Михаил "Взятие Измаила" (2000)
ЩЕКИНА Галина "Графоманка" (2008)
ЮЗЕФОВИЧ Леонид "КАЗАРОЗА" (2003)
ЮЗЕФОВИЧ Леонид "Журавли и карлики"(2009)

Впечатляют:
УЛИЦКАЯ Людмила 4 раза в финале - 1 раз лауреат
МАКАНИН Владимир 3 раза в финале - 1 раз лауреат
СЛАПОВСКИЙ Алексей 4 раза в финале
АЛЕШКОВСКИЙ Петр 3 раза в финале
ЧИЖОВА Елена 3 раза в финале (2009?)

P.S. А все-таки странно, что не получил "Русского Букера" роман Вл. Маканина "Андерграунд, или Герой нашего времени" - один из редких образцов глобальных, проработанных романов (как у Достоевского), написанный отличным языком, с хорошим запоминающимся сюжетом, который обеспечивает какое-то надолго потерянное ощущение.

Возможно есть и другие выдающиееся романы, даже невошедшие в число финалистов?

О чувстве дежавю и любимых книгах детства

Бесконечные списки "столько-то лучших книг" надоели хуже горькой редьки, чем больше читаешь тем больше склоняешься к мысли, что лучших книг нет, а есть наиболее нужные и запомнившиеся для каждого конкретного читателя.

Даниэль Дефо "Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо, моряка из Йорка, прожившего двадцать восемь лет в полном одиночестве на необитаемом острове у берегов Америки близ устьев реки Ориноко, куда он был выброшен кораблекрушением, во время которого весь экипаж корабля кроме него погиб; с изложением его неожиданного освобождения пиратами, написанные им самим".

Как и у многих это - самая любимая и запомнившаяся книга детства, оставившая волшебные воспоминания и перечитывавшаяся постоянно. Читалась при выполнении обязательных условий: запаса провизии - полукилограммовой коробки сладкой соломки за 36 коп. и построенной из накрытых одеялом стульев халабуды ...

Мало кто знает, что существует и второй роман "Дальнейшие приключения Робинзона Крузо", в котором Робинзон терпит кораблекрушение у берегов Юго-Восточной Азии и вынужден добираться в Европу через всю Россию".

Будет ли впечатление от теперешнего чтения второго романа повторением тех ощущений, которые были в детстве при чтении первого?

Иногда только клочок сюжета без названия, да хорошее воспоминание от книги остается в памяти, чтобы в определенный момент, спустя десятки лет вынырнуть из глубин мозга и сложиться в название книги. Как смутные воспоминания человека, прочитавшего в детстве взрослый роман о путешествии другими мирами во время мучительных экзекуций смирительной рубашкой, через 25 лет складываются в название как бы "случайно" повторно встреченного романа Джека Лондона "Межзвездный скиталец".

Наверное, правда в том, что определенные книги приходят к человеку в нужное время в нужном месте, находят его в нужные моменты жизни, чтобы открыть глаза на вещи, которые окажут влияние на все его будущее.

Ибо, если гибель бабочки в далеком прошлом изменяет мир будущего, то логично предположить, что человек, на которого в свое время оказали влияние "Нравственные письма к Луцилию" Сенеки никогда не будет посещать концерты Киркорова и тратить время на "Дом-2" или какие нибудь "Невероятные истории любви" по ТВ.

Однако, отрывочные воспоминания о прочитанных в детстве книгах могут и не привести к идентификации книги, смешавшись в сознании с ложной памятью, "реальными" воспоминаниями о том, чего на самом деле не было.

Исследователи считают, что у приступов дежавю (ощущений, что текущая ситуация повторяется, что она была когда-то в прошлом) есть свои возрастные пики, 16-18 лет и 35-40. И если первый всплеск объясняется острой реакцией на небольшой жизненный опыт и попытками обращения за поддержкой к фиктивному опыту, то второй пик, приходящийся на так называемый кризис среднего возраста окрашен в ностальгичесике тона, когда все напоминает о прошлом.

Вот так, иногда случайно найденная на даче книга из детства приводит к недетским размышлениям.

Культура чтения от Петровича

О культуре чтении в эпоху доступности и перекормленности информацией, когда человек уже не испытывает удовольствия от новой дозы. Размышления самобытного Омского писателя Георгия Петровича, автора многих захватывающих текстов

Впечатления очень сильные. Человек сказал по сути, правильно и очень точными, выверенными словами. И очень актуально для нашего времени. Рекомендуется к осмыслению и использованию в жизни.

О том, какая литература наиболее востребована современным читателем

Никакая. Если взять срез самого массового читателя, то читают дешевые детективы. А те, кто читают серьезную литературу, это очень тонкая и размытая прослойка. Я много думаю об этом. Мне кажется, что в этом виновато в основном телевидение, потому что основную часть информации современный человек, например, моя дочь, черпает из телевизора. Недавно я смотрел интервью очень симпатичного человека, кажется, это был главный редактор газеты "Коммерсант", и он говорил, что телевидение занимается суггестией, то есть внушением, и еще один термин он употребил "идет втюхивание" человеку и, конечно, это не может сравниться с процессом получения информации через чтение. Хотя сказать, что мы были умнее, тех, кто сейчас читает мало, хотя б исходя из следующей цитаты "и не говори, отчего это прежние времена были лучше нынешних, потому что не из мудрости вопрошаешь ты". Просто поменялась ситуация. Я не могу сказать, что у нового поколения уровень интеллекта выше или ниже, но оно однозначно информированнее. Представим, что эрудиция это сумма накопленных знаний или сумма каких-то информаций. Современный человек даст фору нам в свое время много читающим. Хотя сам процесс чтения не сравниться с процессом прослушивания информации через телевизор. Хотя есть две категории людей: есть аудиалы и визуалы. Вот моя жена - аудиал, она слышит и запоминает, я - визуал, вот если б я услышал из телевизора гениальное Александра Алона: "Я с подушек в сени рвусь, я срываю дверцу, а кругом такая Русь прямо дрожь по сердцу" на меня бы так не подействовало, как когда я прочитал это. Я когда я это прочитал, работают две сигнальные системы: сначала зрительное память, а потом это записывается на магнитофонную ленту мозга еще и смысл.

А потом: процесс раскрывание книги. Это процесс почти интимный. Когда я беру книгу, новую, она пахнет типографской краской и говорит с тобой один на один. А когда ты смотришь телевизор, ты в толпе: всем что-то говорят и немножко достается тебе. Я не думаю, что от этого человечество поглупело. И все-таки телевидение обладает неким развращающим свойством, и оно засоряет великий могучий русский язык, и, поверьте, я говорю это без иронии. Слава Богу, что русский язык обладает способностью к самоочищению как озеро Байкал, который травят целлюлозобумажные комбинаты, а он сохраняет свою девственную чистоту. "Как бы" заполонило нашу речь и его употребляют к месту и не к месту. Однажды я не поверил своим ушам и глазам. Человека на телепередаче спрашивают: "Это ваша супруга?", а он отвечает: "Это моя как бы гражданская жена". Будь я на месте этой жены, я бы сказал: "А ты павиан как бы мне муж. Дети как бы от тебя". Употребление слов "чисто" и "конкретно" является следствием просмотра таких программ как "Окна", когда выпячиваются самые худшие стороны человеческой натуры: предательство, гнусность, когда из этого "окна" выливаются потоки моральных нечистот.

о обращении к сети Интернет как к источникам текстов

Пользуюсь широко, считаю его большим шагом вперед именно в плане получения информации. И опять же я скажу, что чтение предпочтительнее. Недавно я искал одну фразу Ильи Эренбурга из его хулиганского произведения "Хулио Хуренито". Мне нужно было точно процитировать фразу: "Были тычинка и пестик, козел и коза, юноша и девушка. Пришли ваши апостолы церкви и кастраты и объявили великие посты...". Я был в восторге от этой вещи, когда я ее читал. Но когда я нашел ее в библиотеке Машкова, и, перечитывая ее, я поймал себя на мысли, что читать с компьютера не так вкусно как с книги. Не потому что я ортодокс, а потому что это мое субъективное мнение. Но Интернет настолько затягивает, что им "ширяюсь" даже тогда, когда мне этого не нужно. В нем есть нечто магическое.

о происходящем на книжном рынке в России в последние годы

Человек несовершенен. И когда книги был в дефиците, ищешь, нашел, то радуешься. А сейчас сложилась ситуация, когда люди "обожрались информации". И очень много книг. Простите за такую интимную подробность. Я в одной из деревень зашел к одной знакомой, которая когда-то работала в книжном магазине и хапала все, что попадалось, потому что никто не мог достать, а она доставала. Ей нужен был Булгаков, как дырка в голове, допустим, тем не менее, она его брала. И у нее в туалете на гвоздик-сотку прибит роман Толстого "Война и мир". Когда я посетил туалет, странички были оторваны до совета в Филях. Уверяю вас, что эта дама не читала Толстого. Она его прибила в туалете, ну удобно, правда, большой том все-таки. И вот такое громадное количество литературы, в глянцевых журналах ярких привлекательных, с клубничкой вытесняет литературу достойную. Но опять же, эта литература для определенного сорта людей. Потому что журналы издаются большим тиражом и пользуются спросом, чем тот же испытанный "Новый мир", или "Дружба народов", которая выходит тиражом пять тысяч семьсот экземпляров, для России это ноль, хотя там печатаются достойные авторы. Это печально.

Несомненно, рынок это хорошо. Кто-то читает Маринину, кто-то читает Дашкову, а кто-то ищет Мураками. Главное, чтобы это было доступно. Мне кажется, что все устаканиться. Вставать на позицию, вот мы были умнее, вот мы больше читали, мы не смотрели этот гнусный телевизор. Эта точка зрения не столько ортодоксальная, сколько не совсем мудрая. Где-то на территории бывшего Урарту, это территория современной Армении, на этом камне было написано, что современная молодежь не уважает стариков, ведет себя развязно, что они аморальны, что они безнравственны, что будущего никакого нет. Две тысячи лет! А может быть больше... А мир не остановился и не рухнул в тартарары. Так что ребята, мне кажется, что все будет хорошо. Все станет на свои места. Каждый получит и найдет ту книгу, которую он хочет.

о определении интересности той или иной книги

Чувство вкуса к хорошей литературе формируется методом чтения хорошей литературы. Для того, чтобы оценить чужой интеллект, нужно иметь свой. Для меня не очень важно даже содержание. Вот я открываю книгу, иногда, достаточно нескольких предложений. Для меня стиль изложения важнее содержания. Конечно, важен железобетонный сюжет - нельзя читать ни о чем. Но все-таки главное это стиль, по крайней мере, для меня.

Источник: Радио "Эхо Москвы в Омске", ведущие: Вячеслав Суриков, Татьяна Лишневская Использована репродукция картины И.Репина "Лев Николаевич Толстой на отдыхе в лесу" (1891)