20 мар. 2012 г.

0

[Книга №5/2012] Андрей Реутов. Хакеры сновидений. Рецензия Любителя.

Длинный, мистический текст 2005 года выпуска.
Сны - это отражение одной из возможностей вашей жизни, если бы все пошло когда-то не так. И каждый миг, делая выбор, мы меняем дальнейший ход нашей жизни. Если во сне вы понимаете, что вы видите это во сне, то поступив определенным образом в вашем сне, в реальности вы изменяете ход процесса.

Существуют хакеры сновидений, цель которых изучение законов мироздания, совершенствование себя. Им противопоставлен Легион, имеющий разветвленную структуру и пытающийся править миром. Цель Легиона - мировое господство. Все бы хорошо, но Легион никак не может укорениться в России. Методики, разработанные хакерами, позволяют менять цепочки событий, что приводит к заранее намеченным целям. Легиону нужны эти методики, к тому же хакеры здорово мешают легионерам.

Дочитавшие до конца говорят, что в романе простыми словами объясняется философия Кастанеды.

Образец стиля:

"Для начала мы провели анализ обстановки и обнаружили странную картину: оказалось, что некоторые города удивительно уютны для жизни, а какие‑то, напротив, действуют на людей очень негативно. Хакеры попытались выяснить причины этого, и пришли к следующему выводу: жизнь города напрямую зависит от того, какие люди в нем живут. Вроде бы банальная истина, но за ней скрывались некоторые важные тонкости. Оказалось, что каждый город имеет свою ауру, свою энергетику. Если энергетика хорошая, то она автоматически модулирует своими благотворными вибрациями ауру жителей города. В таком городе даже плохой человек будет постепенно избавляться от своих дурных качеств, ему не дадут скатиться вниз. И наоборот, если хороший добрый человек оказывается в пропитанном злом городе, его шансы очерстветь душой значительно повышаются. Но самым удивительным открытием стало то, что духовная атмосфера даже крупного города могла зависеть от энергетики всего одного человека. Мы стали изучать этот феномен, и в итоге пришли к созданию института Хранителей. Хранитель – это человек, задачей которого является поддержание в городе благоприятной духовной атмосферы. Исследования показали, что на роль хранителей лучше подходят женщины в силу особенностей их энергетики. Каждый хранитель проходит специальную подготовку, после чего перебирается жить в духовно неблагополучный город, вместе с ним – а точнее, с ней в город переезжают еще два хакера, эти трое становятся ядром будущей группы. Там, где появляется хранитель, жизнь людей становится лучше. Если удастся распространить этот опыт на все регионы, легионерам поневоле придется убраться восвояси – у них просто не будет поддержки в обществе. – Борис снова замолчал.
– К сожалению, – продолжил он после долгой паузы, – до такого финала еще слишком далеко. Легион очень силен, противостоять ему в открытую мы не можем. Поэтому нам приходится соблюдать максимум осторожности.
– Вы взаимодействуете с ФСБ? – поинтересовался Максим.
– Видишь ли, ФСБ – это очень своеобразная организация. У этих ребят свой подход к жизни, свой взгляд на вещи. Они – государственники, и интересы государства для них важнее интересов любого конкретного человека. Именно на этой почве у нас не раз возникали конфликты. Мы не против того, чтобы при случае чем‑то помочь – в конце концов, мы живем в этой стране и не можем устраняться от ее проблем".


Выводы:
Завязка романа неплохая, детективная составляющая, интересный поначалу контекст... но вскоре достоинства заканчиваются и в глаза лезут недостатки. Скоро становится понятно, что это даже не недостатки, а составляющие стиля написанного текста. Про художественную ценность, сам язык говорить нечего, похоже на речь современного студента технического вуза.

После "патриотических" вставок типа этой можно, в принципе, прекращать чтение ибо смешно. Как говорится, умному - достаточно.
Мы просто не понимаем своей уникальности, своей силы – так уж сложилось исторически, что русский народ за сотни лет своей истории не только не растерял, но и сумел преумножить свой духовный потенциал – чего народы Запада сделать не смогли. Мы живем Сердцем, они – Умом, у нас в душе Бог, у них – Доллар. Они потеряли душу нации, потеряли ту часть себя, без которой все глубже погружаются в пучину технократического мира, в глубины мрака и безысходности. Они это прекрасно понимают, но не имеют силы что‑либо изменить – слишком поздно. И все, что им остается – это по максимуму взять от того, что имеют, и попытаться вслед за собой утянуть в пучину мракобесия и нас. Один только факт существования независимой православной России действует на них, как красная тряпка на быка. Именно поэтому против России сейчас брошены неимоверные силы. Все это превратилось в своеобразный крестовый поход, в котором против нас объединились даже непримиримые враги. Цель одна – раздавить Россию, а уж между собой они потом как‑нибудь разберутся.

Круче этого может быть только пассаж о Русской Православной Церкви:

".... тысячи активистов секты прямо на улицах зазывали теперь людей в свою организацию, раздавали красочные рекламные буклеты. Все это было частью планомерной работы против Русской Православной Церкви, борьбе с ней Иерархи легиона придавали огромное значение. Не будет РПЦ – не будет и России".

Для кого это написано, для тех кто не знает, что РПЦ - источник современного мракобесия с гнусными попами, вылизывающими власть и обладающими личными состояниями в миллиарды долларов??

Весь текст усеян псевдофилософскими инструкциями и "откровениями":
"Этот кристалл я когда-то нашла на море. Точнее, на водохранилище. Обточила его, отшлифовала. Вырезала на нем подходящие руны. Теперь этот кристалл помогает осознавать себя во сне. Точнее, он помогает точке сборки сдвинуться туда, где осознание может быть достигнуто легче всего".

"приучись просто знать, что тебе нужно. Скажем, сейчас на улице тучи, но дождя нет. Его может не быть совсем – если я захочу. Опять же, через пять минут я устрою настоящий ливень – пора немножко помыть этот город. Для меня это очень просто, потому что я знаю, как правильно намереваться, моя связь с намерением очень чиста".


Все просто, видно написано для поколения дебилов пепси, для современной молодежи.

Целевая аудитория книги раскрывается из разных мелочей, так например герой, знакомясь с хакерами, постоянно общается с девушками, все они как на подбор красивые и симпатичные, вспоминаются книги Владимира Шитова, где все стОящие женщины состоят из: плоского живота, высокой груди и стройных ног ("Высокая грудь, стройные ноги, плоский живот завершали первые наблюдения Жигана"). Но у Шитова, хоть сюжетные перипетии интересные...

"Максим обернулся, и увидел женщину лет пятидесяти. Опрятно одетая, с коричневой кожаной сумочкой в руках, она смотрела на Максима и мягко улыбалась...Максим подумал о том, что в молодости Дана наверняка была очень красива – хотя бы потому, что и сейчас еще выглядела совсем неплохо."

Когда же, через несколько страниц, эта женщина сняла парик "Максим, глядя за всем через окно, опешил – теперь он видел женщину лет тридцати, весь ее старческий антураж оказался блефом!".

Так что хорошо выглядящая женщина пятидесяти лет для автора - старческий антураж. В общем, чем дальше - тем унылее. Например,  курьер везет без охраны особо важные материалы в другой город - "Дана везет туда кое-какие материалы от питерской группы, они очень ценные и мы не можем доверить их Интернету или обычной почте". Видать автору неведомо в 2005 году о PGP шифровании и о том, что на данный момент не известно ни одного способа взломать шифрование PGP при помощи полного перебора или уязвимости криптоалгоритма. Но это не мешает ему писать о хакерах.

Вердикт: затянутая (по сути сказать нечего) поделка графомана для детей среднего школьного возраста, но зато на интересную тему. Литературный шлак. Для тех, кто на форумах об этой книге пишет "какая прога нужна для чтения книги Doc. ?"

17 мар. 2012 г.

0

[Книга №4/2012] В.Маканин. Две сестры и Кандинский

Роман 2011 года известного писателя о неудавшихся жизнях двух сестер на фоне перестроечной России. По Чеховским мотивам на тему предательства и стукачества (палач обнимется с жертвой). Страдающая русская интеллигенция на фоне жалких подлых людишек, чистогана, холуйства и развала жизненных устоев.

Образец стиля:
Спохватившись, Артем все же пытается выровнять проигранную в дым позицию:
— Ладно. Разошлись. Я сам по себе… Но я, Пал Палыч, хочу просить вас.
— Садись сюда.
— Просить…
— Просят не так. Я же сказал — садись ближе.
Артем (еще выдерживающий характер) и Босс (уже принявший звездное решение) сидят друг против друга..

Но вот Артем придвигается вместе со стулом — как бы даже не к Боссу, а к незаставленному краешку стола. Чтоб вроде бы развязно выставить локоть. Видок у него все равно нехитрый, жалковатый. Но Артем идет на это. Из просительной — из бомжеватой тактики.

В полупоклоне. К чистому краешку стола:
— Зарплату.
— Что?
— Зарплату этого месяца не отбирайте. Оставьте ее мне.

Стратег, он рядом, и он опять знает наперед, что сказать: — Однако нет!.. Извините! Деньги — знак равенства. Деньги — это примирение. Нет и нет!.. Пал Палыч, оставляем политика на его вчерашних сухариках!

Смишный участвует тоже, кричит:
— Оставь его голым, Пал Палыч… Ни копейки. Пусть уже завтра начнет ходить с протянутой.


Вердикт: До уровня "Андеграунд, или Герой нашего времени" (1998) конечно не дотягивает, как документ того времени - сыровато и поверхностно, читать можно только отдельные удавшиеся куски или тем читателям, кому нравится психологический стиль автора. Те же, кто любит фактаж, кто собирается почитать о мыслях, выживании простых людей, ценах, кухонных беседах времен перестройки будут разочарованы.

21 февр. 2012 г.

3

Общепит. Культовые места Киева

Камрад Native-born citizen [поднял] очень интересную тему о исчезающих с карты Киева и городской жизни любимых местах, где простой киевлянин мог попить кофе с коньяком, наскоро перекусить, почитать газету, не готовясь расстаться с суммой, заработанной за день.
Им же четко и правильно сформулированы требования, которым должны удовлетворять эти места, среди которых такие как:
  • специфический ассортимент, характерный для общепита 1980-х;
  • стоячие места для посетителей;
  • наличие в продаже крепких спиртных напитков (коньяка) и натурального кофе;
  • сохранившиеся элементы интерьера (прилавки, таблички на стенах, кухонное оборудование...);
  • использование старой керамической (не одноразовой) посуды;
  • цены не намного отличающиеся от стоимости исходных продуктов в магазине;
  • отсутствие музыкального сопровождения.
Правильно подмечено, что большая часть того, что можно отыскать на сегодняшний день, является жалким подобием былого изобилия.
 

Кафетерий на Площади Космонавтов. Несмотря, на осовремененный интерьер, вполне соответствует выбранным критериям. В ассортименте особенно характерны варенные сосиски, распространяющие соответствующий аромат. Также интересны ценники, написанные с использованием трафарета. (Фото - Native-born citizen)


Можно добавить, что в районе Чоколовки было много мест с подобной атмосферой, увы все они вытеснены - где вездесущими аптеками, где хамскими супермаркетами. За последние 20 лет каждое пригодное для кафешки место по 3 - 5 и больше раз сменило своих владельцев и профиль.

Вообще, этот вопрос нужно рассматривать шире - беда в том, что практически не осталось в Киеве мест, где продаются хлеб, молоко, настоящие пельмени, сардельки … на протяжении 30 и больше лет. 

Уже нельзя пойти в булочную или за молоком, куда  ходил в детстве с родителями, просто купить чего именно надо, везде "Мегамаркеты", "Ашаны" и "Сильпо", а Киев теряет присущую ему ауру. Десятки колоритных и недорогих мест, памятных многим киевлянам… 

Из того, что было, из общеизвестного:
Кафе - мороженое под вывеской "Пингвин" проработало на углу улиц Фрунзе и Сырецкой без малого 40 лет. Мороженое из этого кафе принципиально отличалось от обычного из киоска, оно имело различные вкусы - банановый, фисташковый, малиновый. Порция мороженого стоила в 1990 году 50 копеек.. Пережило бурные 90-е и вот уже, теперь кажись, все.

Кафе "У Георга" на Крещатике, 10. В 90-х годах продавали на разлив коньяк, вина, на тех, кто брал закуску - бутерброд, смотрели как на жирующих.

Пирожковая слева от метро Крещатик.
В далекие годы СССР пирожок  на Крещатике стоил 5 копеек. На полтинник можно было обожраться вкусными пирожками с горохом, картошкой, капустой и повидлом, запив чашкой горячего бульона. Было время!

Подобные места сейчас, наверное, можно найти еще только в областных и районных центрах.


Центр г. Переяслава. Кафе "Борщик". Деревянные столы внутри кафе, пластмассовые на улице. Настоящая посуда. Вкусный кофе. Работает с 9.00 до 2100 без выходных.
Цены 2011 года:
борщ украинский (со сметаной и мясом) - 5.50 грн.;
гарнир (жареная картошка, вермишель, гречка, рис) - 4 - 6 грн.;
бифштекс, гуляш, отбивная, голубцы - 7 - 9 грн.;
компот, чай, кофе - 2-3 грн.
Фото Любителя. 

18 февр. 2012 г.

0

Событиям вокруг EX.UA посвящается

Навеяно событиями вокруг EX.UA (автор мне неизвестен)

Обычная квартира, 2018 год
— Пап, можно я с твой карточки сниму 99 баксов? За книжку надо заплатить…-
— А, что за книжка?
— Hу, этот. Достоевский. «Преступление и наказание».
— Так зачем покупать. У нас же есть.
— Да? А в каком файле?
— Причём тут файлы. Вот же он, на полке стоит…
— Фу-ууу. Это же бумажная книжка!
— Hу, и что? Я ж в твои годы её читал.
— В твои годы, в твои годы… Там поиска нет. Как я, по-твоему, цитаты находить буду? Аудио-сопровождения тут нет. Анимационных картинок тоже нет. Только текст, в котором даже шрифт и тот поменять нельзя… Ты что? Меня же в школе всё засмеют! Сам такую читай.
— Hу, ладно. Вот, возьми DVD. Лет пятнадцать назад купил.
— Чего? DVD? А чем я этот антиквариат, по-твоему, прочитаю? В политехнический музей его сдай. Ты мне ещё перфоленту с Достоевским предложи!
— Если ты такой умный, то поищи сам в сети, да скачай нахаляву.
— Бесплатно скачать книжку!?
— Hу, да. А как же ещё? Hа книги Достоевского за давностью лет авторские права не распространяются… Hаверняка, где-то она лежит.
— Ты, что пап! Это может у вас, в начале века, всё скачать нахаляву можно было. Ты что не слышал, что уже лет пять, как авторские права на все книги навечно переданы Американской Ассоциации Издателей Книг. Или ты хочешь, чтоб меня как члена секты Дмитрия Склярова в тюрьму пожизненно засадили?
— Так, Достоевский же не американец! Причём тут американские издатели.
— А кого это волнует? Ты, папа, случаем не антиглобалист?
— Hет, что ты! Hу, сынок, жалко же почти 100 долларов тратить за файл. Hу, одноклассников лучше попроси файл этот дать. У них-то точно же есть. А ты им потом свой какой-нибудь файл дашь.
— Ага! Если они мне своего Достоевского дадут, то где я его читать буду?
— В смысле, «где»? Они свою копию у себя дома, а ты свою тут.
— Hу, ты совсем отстал. Книжку можно читать лишь с того компа, с которого её купили. Да и код поляризации там другой будет… Короче, пап, давай деньги! Я куплю себе нормальную книжку.
— Hу, ладно. Вот, тебе одноразовый пароль на снятие 99 баксов с нашего счета. В наше время 100 долларов были большими деньгами…
— Ок. Скачал. Thanks.
— Hу-ка, дай и мне посмотреть… Слушай, сынок, а что это за картинки? Такого вроде бы в романе не было…
— Дык, это же баннеры. Без баннеров книжка стоит 699 баксов.
Открытый файл пестрел мигающими объявлениями: «Axe Proffessional, 2018 — современные топоры с лазерной заточкой»; «Косметический салон ’У Лизаньки’ — мы не дадим вам превратиться в старуху»; «Мучают проблемы? Психологическая служба доверия ’Порфирий’»; «Кредитуем, обналичиваем. Hизкий процент»; «RASKOLNIKOFF.COM — вызов шаловливых старушек в любую точку земного шара»…
— Слушай, сынок, а что это текста романа не видно? Подождать что-ли надо пока баннеры исчезнут?
— Hу, ты как будто с Луны свалился! Сто лет ждать будешь. Текст же надо через поляризационные очки читать. Без очков только реклама видна!
— А это ещё зачем?
— Как зачем? Чтобы никто, кроме заплатившего, не мог книжку читать! Прикинь, если бы я купил книгу, а кто-то, ничего не покупая, у меня через плечо тоже мог бы её читать…
— Глупость какая-то. Hу, а если б я тоже очки одел бы?
— Ха, ну ты даёшь! Файл же настроен только на мои очки. Hа других очках другой код поляризации.
— Ладно, а ну дай-ка свои очки. Я через них книжку посмотрю.
— Как посмотришь? Они же тебя по сетчатке не опознают. Ты в них ничего кроме сообщения, что ты надел чужие очки не увидишь! Ладно, пап, не мешай со своими глупостями! Мне надо пока лицензия не кончилась быстро всё прочесть, а иначе надо будет либо аренду файла продлевать, либо книжка сама уничтожится. Hе мешай, я читаю…
3 часа спустя…
— Уффф! Hу, всё. Я прочитал!
— Как всё прочитал? «Преступление и наказание» за три часа?!
— Hу, да. Я и быстрее всё прочел бы, если б рекламных пауз каждые полчаса не было бы.
— Всё равное не верю! Кто такой, например, Свидригайлов?
— Кто-кто?
— Аааа, всё понятно. Кто такой Лужин? Кто такая Соня Мармеладова?
— Hу, ты даёшь! Откуда же я знаю! Я ж Home Edition читал. У меня только про то, как Раскольников старуху топором убил, а потом сдался с повинной. Про всяких остальных надо Professional версию покупать или вообще Enterprise Edition. У нас же денег столько нет.
— Мда-а, с ума сойти, куда катится мир!
— Скатился уже. Лет пятнадцать назад надо было думать, если не ещё раньше… 



15 февр. 2012 г.

0

Девушка с тату дракона и Джеймсом Бондом от Дэвида Финчера



The Girl with the Dragon Tattoo

Фильм 2011 года - детектив/драма великого режиссера нашего времени Дэвида Финчера ("Семь" (1995), "Бойцовский клуб" (1999), "Загадочная история Бенджамина Баттона" (2008), "Социальная сеть" (2010)

Снято по книге шведского левого общественного деятеля, писателя и журналиста Стига Ларссона, романы которого в последнее вресмя пользуются бешеной популярностью (продано свыше 27 млн. экземпляров).

Композиторы фильма  Трент Резнор и Аттикус Росс - участники индастриал группы Nine Inch Nails. Получилось великолепное музыкальное сопровождение.

Атмосфера холодной Швеции -  в фильме масса красивейших пейзажей,  видов и сцен органично перетекающих друг в друга.

Отличный подбор и особенно игра актеров, особенно удался образ девушки - хакера - экстравагантная внешность, жесткость, романтичность, энтузиазм - все это Руни Мара, наверное, будущая звезда новых культовых кинолент. Дэниэл Крейг играет не супермена, а именно играет роль. И это даже больше чем в Бонде.

Динамическое развитие (фильм идет почти три часа, а оторваться отэкрана невозможно) совмещается с неторопливыми, отточенными философскими диалогами, например о подсознательном страхе среднего человека казаться невежливым. Сильный финал.

Истории жизни, расказанные в фильме имеют свой смысл, все продумано и не показано просто так. Картина о проблемах современного общества.

Сборы более $ 210 млн при бюджете $90 млн

Вердикт: Бесподобно экранизированный шведский детектив, откровенный, кровавый, атмосферный и запоминающийся. К обязательному просмотру, как один из лучших фильмов последних лет.
0

[Книга №3/2012] Ілько Лемко. Львів понад усе

Бывший львовянин, лидер местной легендарной группы "Вуйки" написал свои воспоминания о жизни в культовом городе Львове в 70-80х годах 20-го века.

Книга была найдена в магазине Дрогобыча, так как в Киеве давно раскуплена. Сразу видно, что автор знает о чем пишет, и ему есть что написать, от цен на булочки, мельчайших характерных черт того времени до философских обобщений целой эпохи.

Автор: Сейчас, конечно, вам трудно представить, глядя на меня, взрослого человека, тогдашнего понтоватого и лохматого хиппи. А в молодости я был, знаете ли, таким себе коренастым пацаном 70 килограммов веса, который за 14 секунд выпивал бутылку «Московской» с горла. А на чердаке моего дома я устроил целый склад дорожных знаков, которые срывал со столбов или просто забирал с тех мест, где они плохо были закреплены. А еще в кинотеатрах, куда мы всей толпой ходили в кино, бросали с балкона в партер пустые бутылки из-под «чернил» (дешевое виноградное вино) и т.д., и т.п. Мы так прикалывались. Это были глупые пацанячьи понты, казавшиеся нам в то время геройством.Я решил, что этот пласт нашей жизни, молодежи 70-х, будет интересен и современникам.

Садовские пацаны любили разные соревнования по установке самых разных рекордов: от количества отжиманий на руках от земли, подтягиваний на турнике до количества выпитого спиртного за единицу времени. Мой друг Хо Ши Мин умудрялся влить в свой организм, не глотая, бутылку «чернил» за 8 секунд. Правда, соревноваться со мной по скоростному выпиванию бутылки водки за 14 секунд он никогда не рисковал.

Андрій Квятковський подитожил, о чем книга таким перечнем:

Зубний порошок у круглих картонних пуделках. Соки в гастрономах — у скляних конусах з краниками. Трамвайні автомати з проїзними квитками за 3 коп. Гра в лото дерев'яними оцифрованими бочівочками. Проскрибовані міні-спідниці та штани-кльоші. «Бабеги», «канадки», «бокси», «напівбокси». «Болонові» плащі. Кремплінові костюми. Пиво по 22 коп. бокал. «Алжирське» по 67 коп. пляшка. «Біоміцин». «Верховина» без фільтру, «Орбіта» з фільтром. Нічні черги за продуктами.

Дерев'яні ручки з залізними перами. Каламарі-невиливайки. Уроки каліграфії (і спеціальні каліграфічні зошити). Важкі дерев'яні парти з кришками на скобах. Дерев'яні пенали. Формені фартушки школярок. Шкільні сніданки за 15 коп. Стеля в шкільному туалеті, закопчена наслиненими сірниками. «Цок» і «трясучка». «Димовушки» з фотоплівки.

«Колгоспники-брехунці». Радіоприймач «Латвія», обшитий жовтою парчею, з назвами столиць на шкалі і зеленим оком індикатора. Таємничі (для власників Sony чи JVC) назви: «Селга», «Спідола», ВЕФ. Замість невтомних «дюраселів» — батарейки «Крона». Синьо-червоно-зелена плівка на чорно-білому телеекрані. Вінілові платівки «на 33 оберти». «Дніпро» та «Юпітер». Чеський журнал Melodie. «Lato z radjem». Radio Luxemburg. «Молодіжна студія «Ритм» із Варшави. «Бітли»*на чорно-білих фотокопіях, куплених у класі за ЗО копійок. «Олійні» портрети зірок диско на торбинках із мішковини.

Хлопчача війна між сусідніми дільницями. Вуличні демонстрації фанатів «Карпат». Танці під ВТАу «Газі», «Енерго» чи «Ляпі». «Барахолка» та «скупка». Міліцейські «луноходи».

Хто бачив, той згадає, хто не застав — хай повірить.

Вердикт: обязательная к прочтению вещь, которую тянет периодически перечитывать, вспоминая "как молоды мы были и верили в себя". И даже кто жил в то время найдет для себя много нового и интересного. Например, про выражение и надпись "срав пес", которая была таким же локальным местным медиа-вирусом, как современное "Спасибо жителям Донбасса".

29 янв. 2012 г.

0

Как фотографировать на улице? (метод Гарри Виногранда)

В 20 лет молодой американский художник Гарри Виногранд (Garry Winogrand, 1928-1984) зашел в фотолабораторию при колумбийском университете, а уже две недели спустя навсегда оставил живопись и посвятил свою жизнь фотографии, став одним из классиков уличной фотографии. Говорят, его часто можно было заметить прогуливающимся по улицам Нью-Йорка с фотоаппаратом Лейка, постоянно фотографирующего, казалось бы, обыденные, малоинтересные события. Когда смотришь его фото, создается ощущения, что видишь сквозь дыру в заборе, проходящую на улице жизнь.
Гарри Виногранд

Garry Winogrand. World’s Fair, New York. 1964

Многие фотографы учат тщательно подходить к выбору снимаемого, "много думать", экономить количество кадров. Особенностью Виногранда было снимать патологически много. В 1964 году на двухдверном стареньком Форде, Гарри Виногранд пересёк Америку, сняв примерно 20 тыс. кадров (550 плёнок). Он напечатал “контакты”, разобрал их и, в конце концов, сделал около тысячи рабочих отпечатков. Из этой тысячи в своих выставках и публикациях он использовал 50 и не оставил никаких соображений, записей, планов касательно прочих девятисот пятидесяти (или девятнадцати тысяч девятьсот пятидесяти) кадров.

Один человек (Мейсон Резник, Mason Resnick) прошел обучение на двухнедельном семинаре у Гарри Виногранда в 1976 году и интересно описал свои впечатления от целостного подхода мастера к фотографии, позже признав, что эти две недели перевернули его жизнь.

"Весь первый день, мы провели просматривая его фотографии. Фотографии удивляли нарушением всех правил композиции. Они были заполнены движущимися людьми и в них существовал нестабильный динамический баланс между юмором и одиночеством, вписанный в странные углы — незнакомая, но мощная комбинация. Мы смотрели фотографии, Гарри ничего не пояснял, он вообще говорил мало. Создавалась впечатление, что ему скучно и неуютно, что он случайно застрял в этом классе. Некоторые из нас пытались нарушить тишину вопросами, на которые Виногранд отвечал скупо и односложно....

Виногранд призвал нас забыть свои представления о том, как сфотографировать что то: "Фотография это иллюзия, буквальное описание того как камера увидела кусок времени и пространства". Он говорил, что мы делаем только те фотографии, которые заранее можем себе представить. Что трудно, но нужно, сломать эти наши представления о том, как будет выглядеть на фотографии то, что мы фотографируем. Он призывал нас позволить тому, что мы видим, самому определять — быть ли сфотографированным и как быть сфотографированным...

... когда мы уже почти поверили в бесперспективность наших занятий Гарри вдруг сказал: "У-ф-ф-ф, пойдемте-ка на улицу, немножко поснимаем". Мне послышалось, что в его голосе промелькнули нотки отчаянья.

Вот тогда и началось самое интересное.

Он открыл свою фотосумку и мы смогли увидеть её содержимое. В ней находились две Leica М4 с объективами 28 мм и несколько десятков роликов Kodak Tri-X. В верхней части сумки лежали желтые самоклеящиеся бумажки. Он рассказал нам, что пишет на них, на какой чувствительности он отснял ролик и затем приклеивает к кассете, чтобы потом знать как её проявлять.

Как только мы вышли из здания, он включился моментально, намотал кожаный ремешок Leica на запястье правой руки, быстро проверил свет, выставил выдержку и диафрагму, внимательно посмотрел по сторонам и приготовился к работе.

Мы быстро поняли его технику — он медленно шел или стоял посреди людского потока. Снимал он очень много. За очень короткое время, не нарушая неспешное движение, он отснял ролик. Когда он перезаряжался, я спросил его, не жалко ли ему тех моментов, которые он не может снять, пока меняет пленку в камере: "Не о чем жалеть пока я меняю пленку — все равно никаких фотографий не будет". Он постоянно смотрел вокруг себя, и если вдруг видел какую-то ситуацию на другой стороне оживленного перекрестка, вполне мог перебежать улицу, игнорируя движение.

Невероятно, но люди совершенно не реагировали на то, что Гарри их фотографировал. Я был этому крайне удивлен, тем более что он не предпринимал ничего, чтобы скрыть факт своего присутствия. Он просто стоял на пути у людей и их фотографировал. Мало кто обращал на него внимание и никто не выказывал раздражения. Он заражал людей своей доброжелательной энергией, постоянно улыбался и кивал тем, кто попадал в его кадр. Это выглядело так, будто фотографирование было его второстепенной целью, а главным являлось общение и установление быстрого личного контакта с прохожими. В то же время он ни на секунду не забывал о том, чем занимается и делал это очень органично. Переходя из тени в свет и обратно, он постоянно корректировал экспозиционные параметры камеры. Один из его комментариев звучал так: "Хорошая экспозиционная пара — это выдержка 1/250 и диафрагма 8".

... Я попытался снимать не глядя в видоискатель, но когда Гарри заметил это, он мне строго-настрого запретил так делать. "Ты потеряешь контроль за тем, что попадает в кадр" — предупредил он. В начале я не мог поверить, что он всегда смотрит в видоискатель прежде чем сделать снимок, я ходил за ним и внимательно наблюдал. Действительно, Гарри всегда смотрел в видоискатель, прежде чем нажать на кнопку. Делал он это в доли секунды, но я видел, как он корректировал положение камеры. Он был быстр и точен.

... Я изучал отбор пытаясь понять его логику. Наконец до меня стало доходить, что если в фотографии был интуитивный ответ на что-то визуальное, не объяснимое словами, если вся фотография работала-то она ему нравилась. Если же работала только часть фотографии, то тогда она не была для него достаточно хороша. Мы использовали полный кадр — Виногранд не разрешал кадрировать фотографии, говоря что "В необрезанной фотографии визуальная проблема видна наиболее отчетливо, а значит работа над ней более эффективна". Так же Гарри постоянно втолковывал нам чтобы мы снимали то, что нам интересно и доверяли своему выбору, даже если ни кто не будет с нами соглашаться.

Ко второй неделе Виногранд рассказал нам о своих методах работы, которые были несколько необычны, но не лишены особого порядка. Он никогда не работал с отснятым материалом сразу после съемки. Он намеренно ждал год или два, чтобы выветрить из памяти какие-то эмоции, которые сопутствовали съемке и созданию отдельных изображений. Это по его словам позволяло подходить к работе с контактами более критически. "Если во время съемки у меня было хорошее настроение, и если бы я начал работать с отснятым материалом сразу же, то мог бы отобрать фотографию не за то, что она хорошая, а потому, что она напомнила бы мне о моем хорошем настроении. Вы сделаете лучший выбор, если сможете надолго отложить процесс отбора — тогда вы сумеете посмотреть на свои контактные листы холодно и непредвзято".

... Он никогда не выходил на съемку говоря себе: «Я хочу сфотографировать Х сегодня», — поскольку это создало бы предубеждение и не позволило бы ему быть открытым для чего-то другого. Он фотографировал без каких-либо установок на какую-то фотографическую тему, или на то, как фотография должна выглядеть. Он говорил: "Я снимаю всякие штуки, чтобы посмотреть, как это будет выглядеть на фотографии".

Он призывал нас посещать музеи и галереи, чтобы мы смотрели на большие фотографии, узнавали как выглядят хорошие отпечатки. Рекомендовал смотреть работу таких фотографов как Роберт Франк (Robert Frank), Улкер Эванс (Walker Evans), Роберт Адамс (Robert Adams), Ли Фридлендер (Lee Friedlander), Пол Странд (Paul Strand), Брассаи (Brassai), Андре Кертеш (Andre Kertesz), Анри Картье-Брессон (Henri Cartier-Bresson). Он рассказал нам о себе, о своих любимых местах, где он может много снимать. Оказалось что его любимое место — Columbus Circle в Нью-Йорке в 3 часа дня в воскресенье. Когда мы его спрашивали почему в его фотографиях горизонт завален, он переспрашивал: — "Что завалено?" .. Он говорил что съемка и отбор фотографий — это "приключение в наблюдении", что надо наслаждаться самим этим процессом. Что хорошая фотография — это та, в которой есть конфликт между формой и содержанием, что настоящее искусство всегда находится на грани срыва.

Эти редкие и случайные высказывания через некоторое время сложились в целостный подход Виногранда к фотографии, которые в двух словах можно было бы сформулировать так: никаких предубеждений. Его фотографии уникальны и самобытны. Даже его метод обучения, который предлагал студентам самим формировать урок, реагируя лишь на их вопросы, отражает философию Виногранда, в которой он не полагается на предыдущий опыт".

1 февраля 1984 года у 56-летнего Гарри Виногранда был обнаружен неоперабельный рак желчного пузыря, через полтора месяца, 19 марта, он умер. После его смерти остался гигантский фотоархив, в том числе 2500 вообще не проявленных плёнок, 6500 плёнок, которые были проявлены, но “контакты” с них никогда не были напечатаны, 3000 плёнок, с которых были напечатаны “контакты”, но “контактные” листы не содержали никаких помет, то есть, судя по всему, Виногранд эти листы просто никогда не брал в руки. Выходит он снимал гораздо быстрее, чем успевал обработать и осмыслить.

Очевидно, что этому уникальному человеку не удалось посмотреть в общей сложности 12 000 роликов, или 432 000 фотографий, снятых им. Хотел ли он и собирался ли действительно обработать эту гору - философский вопрос. Гари Виногранд ушел от нас, дав пищу архивистам, биографам и искусствоведам.

Использована информация фотографа Михаила Лемхина, информация сайта Photographer.ru (авторский перевод Владимира Жарова, 2010 год.)
Оригинал


Photos © Estate of Garry Winogrand 

26 янв. 2012 г.

0

[Книга №2/2012] Дмитрий Быков. Списанные


Книга - первый роман гротескно-фантастической трилогии "Нулевые". Его главный герой, молодой телевизионный сценарист Свиридов, вдруг обнаруживает себя в таинственном списке, где состоят, кроме него, еще 180 москвичей в возрасте от 16 до 60 лет. Кто и зачем внес их в этот перечень, члены которого то лишаются работы, то получают повышения по службе, то вызываются на всеобщую диспансеризацию? До попадания в список все эти люди никак не были связаны друг с другом, никто не чувствовал за собой серьезной вины. Ну да: недоплачивали налоги, травили анекдоты про Путина,  — но ничего такого, чего не делали бы окружающие. Никаких официальных обвинений не выдвинуто, однако каждый чиновник, каждый мелкий администратор знает: с этими можно делать все, что угодно. И не только можно — нужно, иначе коллеги не поймут и начальство погрозит пальцем. 

Образец стиля:
Всякий русский человек занят чем-то великим, а любую работу воспринимает как отвлечение, почему и ненавидит ее. Что он делает, глядя в пустоту? Мыслит мир. Этой молчаливой задумчивостью держится все.
...
Диспансеризация была как диспансеризация — кровь, флюорография, пробег по специалистам с выкликанием списантов по алфавиту; как ни странно, примерно треть принесла спичечные коробки с дерьмом. Воистину, если завтра позовут на виселицу, половина припрется со своей веревкой; интересно, каких послаблений они рассчитывают добиться? Доктор, вот дерьмо; это вам, доктор! Может быть, теперь меня не на общие работы, а хоть в санчасть, хоть учетчиком, нормировщиком, придурком, — ведь я принес говно! 
...
Если б издавать подробную опись имущества любого покойника — это лучше любой биографии: и документ времени, и даже итог судьбы...
...
В молодости думал, что надо делать добрые дела, а все остальное бессмысленно. Ходил в Дом ребенка, видел множество идиотов. Вот они и развлекаются. Дрочат по углам безо всякого стеснения. Это их единственное развлечение.
— Помню. Но не хотите же вы сказать, что Россия — такой даун?
— Именно это и хочу, — с удовольствием подтвердил Салтыков. — Есть самогипнозы высшего порядка, есть низшего. Здесь даунизм выбран добровольно, в результате проб и ошибок. Попробовали высший порядок, не пошло, неинтересно, — это как любера вести в кино на Антониони. Он посмотрит и опять выберет качалово, мочилово, групповое кричалово на стадионе, насилово в подъезде… В результате для отвлечения от смерти и прочей экзистенциальной проблематики выбран простейший вариант. Пункт а: произвольно делим всех на земщину и опричнину. Пункт б: опричнина ебет земщину. Жестоко, с наслаждением, с надрывом, с полным забвением приличий. Критерий выбора произволен: это могут быть, допустим, бояре и дворяне, а могут русские и евреи, буржуи и пролетарии, коммунисты и беспартийные… В настоящий момент мы видим триумф наслаждения как такового, с полным отказом от мотиваций: список составляется произвольно, и сверху недвусмысленно указывается: этих можно. Аллонз анфан де ля патри, извините мой французский.
Чувствовалось, что Салтыков ненавидит Родину и это ему очень нравится. Родина поистине решала все экзистенциальные проблемы Салтыкова, поскольку на нее можно было списать любые неудачи, дурную погоду и даже собственную смертность. В остальном мире, вероятно, никто никогда не умирал — или смерть была не так травматична, вследствие чего и отвлекаться от нее можно было менее брутальными развлечениями вроде того же Антониони; но здесь, чтобы избыть ужас чисто русского небытия, требовался беспримесный садомазохизм...

Вердикт: показана жизнь современных реальных людей, со всеми их слабостями и недостатками, унижениями, страхами и надеждами. Поиски ответов "кто? зачем? как дальше жить?, почему так живем в нашей стране?". Чтение затягивает, не лишено юмора и цинизма. Для зрелых читателей, склонных к самокопанию.
Related Posts with Thumbnails